Адские чары

Керведек захлопнул ветхую дверь. А снаружи свистел ветер и стучал сорванными с петель ставнями так, что старые, тусклые стекла окошек дрожали и звенели.

Когда маркиз обернулся к спутнице, то увидел, что Кира приводит в порядок волосы, разметавшиеся во время бега, особенно после потери шляпы.

Смущенная, с раскрасневшимся от ветра лицом и окутанная, точно золотой мантией, волнами распущенных волос, Кира была прекрасна. В глазах блеснуло странное восхищение, а затаенное бурное желание обладать этой обворожительной женщиной охватило его, как пожаром.

Упорно, со всей ловкостью опытного обольстителя стремился он к этой цели с первой минуты, как увидел Киру. К тому же он был тонким наблюдателем и не мог не заметить, что она заинтересована им, даже ревнует его, и потому делал со своей стороны все, чтобы разжечь в ней чувство страсти.

Счастливый случай давал возможность объясниться с глазу на глаз, вдали от всякого нескромного взгляда, и минута казалась ему благоприятной.

Он был чересчур пылок и, главное, самонадеян, чтобы хоть на мгновение усомниться в победе. Он быстро подошел к ней и взял ее руку.

– Кира! Вы так хороши, что хоть святого можете соблазнить, и у меня нет больше сил скрывать страсть, которая вам давно уже известна. Если не было слов, то глаза выдавали меня тысячу раз. Да и вам я не безразличен, я это знаю, я прочитал это в ваших взглядах, понял из вашего смущения.

Отвечайте, Кира, признайтесь, что вы меня любите, что согласны быть моей. Здесь нет других свидетелей, кроме грома и молнии.

Не дождавшись ответа, он привлек Киру к себе и покрыл ее лицо жгучими поцелуями.

Правда, этот обаятельный и опасный человек внушал ей чувство, очень похожее на любовь, и его страстные поцелуи опьянили ее в этот миг, но затуманенная мысль продолжала работать. Ей казалось оскорбительной перспектива стать теперь же любовницей этого человека, зависеть от его прихоти и обманывать мужа.

В этот миг почему-то вспомнилась ее поездка к колдунье в Волково, ясно представилось зловещее лицо страшного «священника», глядевшего на нее с глумливой усмешкой, и трупный запах пахнул ей в лицо. Это отрезвляюще подействовало на Киру, и она гневно оттолкнула маркиза.

– Нахал! – глухо крикнула она. – Как вы смеете и по какому праву?..