Мы обязательно встретимся

Русые волосы острижены до плеч. Совсем хрупкая с тоненькими руками и ногами. За ней показалась другая – дородная девица с толстой тёмной косой, она выглядела гораздо старше. Увидев меня, девочки насторожились. Но скоро та, что была покрупнее и выглядела смелее, с задорным взглядом выдала:

– Папа, ты нам гостей привёз? Здравствуйте! – Это её голос я слышала в ответ на сентенции женщины.

Другая девушка смущённо хихикнула.

– Сейчас мы всё расскажем, – улыбнулся Виктор.

– Здравствуйте, – запоздало ответила я.

– Ну что там, кто там у вас? – из кухни вышла бабушка, вытирая руки о подол фартука.

От испуга я схватилась за горло и отшатнулась вплотную к стене. Передо мной стояла та самая женщина из видения в окне. Но вот же она – живая, румяная, улыбается.

– Вечер добрый! – Добродушно обратилась она ко мне и поторопила выгнать нас из тесного коридора: – Давайте, все живо мыть руки и за стол. Нечего на голодный желудок тута. Виктор, где тебя носило, времени-то глянь, сколько! Опять Лёнчик поймал и давай ля-ля-ля? Я – Настасья Михайловна, – кивнула бабушка в мою сторону.

– Нет, не коллега, – вздохнул Виктор и направился в кухню. – Это – Софья, мы встретились при очень странных обстоятельствах. Задержались в больнице, пришлось заглянуть.

Виктор аккуратно поставил сумку на массивный табурет на кухне и принялся выкладывать продукты: консервы, серые кульки с конфетами, огромный пакет пряников. Меня усадили за стол.

– Мы встретились на дороге у кладбища. На Софью напали.

– Ах! Как?! Напали?! – наперебой осыпали вопросами девчонки, переводя тревожные взгляды то на меня, то на отца.

– Господи Иисусе! – громко прошептала Настасья Михайловна, прикрыв рот концом белого платка. – У нас? У кладбища, говоришь… Да кто бы мог?

– И ты спас Софью? – гордо спросила брюнетка.

– Нет, Варя, говорю же, только встретил.

– А вы видели нападавших? – впервые напрямую ко мне обратилась Варя.

Пухлой ручкой она взволнованно теребила воротник лёгкого синего платья.

– Нет, хуже того – я не помню ничего. Только болячки остались. На голове да на шее. Вот.

– Вас хотели убить? – снова удивленный тон Варвары.

Младшая пока не проронила ни слова. Так и сидела, сложив тоненькие руки на коленях, удивлённо поглядывая то на меня, то на отца.

– Правда, не знаю…

Настасья Михайловна молчаливо слушала вопросы и ответы, крепко сжав губы, осматривая меня с головы до пят.