Мы обязательно встретимся

Виктор уже почти освободил сумку, повесил на высокую спинку стула и спас меня от расспросов:

– Так, Варя, Наташа, давайте не будем мучить Соню. Человеку и так досталось. Я пообещал, что она может остаться у нас. Хотя бы до завтра. Ей некуда идти. Завтра встретится с Адиловым, разберутся дальше, что и как.

– Но я вообще-то… если в тягость, – промямлила я, – могу уйти.

«Зачем только я геройствую, ведь идти мне совсем некуда!»

Сон, кажется, затянулся, и я снова не понимала, куда попала. Лимб? Параллельный мир? Загробный? Или всё-таки сон? Под наркозом? Вполне вероятно.

– Софья, отступитесь, – сдвинул тёмные брови Виктор, озабоченно посмотрев на меня. – Оставайтесь у нас. Куда вы пойдёте на ночь глядя? Хватит с вас приключений.

– М-да, – задумчиво протянула Настасья Михайловна. – Кто ж такие гады повадились к нам? Вы ехали куда-то? В дороге случилось?

– Совсем ничего не помню… Ни прошлого, ни родных.

Девчонки ахнули, а бабушка, качая головой в изумлении, что-то беззвучно шептала.

– Из сельских никто бы не мог, – снова заговорил Виктор, – так, похулиганить есть охотники, но чтобы человека довести, вряд ли. Село маленькое, всех знаем. Тут вам точно говорю.

– Да уж правда, – тоненькая Наташа подала голос. – В одном конце чихнут, из другого уже «будь здоров!» кричат. Не наши это.

– Нет, папа, ты молодец! – с воодушевлением сказала Варя, оглядывая меня. – Ты человека спас!

– Да, спасибо вам огромное, – сказала я как можно непринуждённо и приветливо.

– Давайте ужинать, чего тут ещё, – Настасья Михайловна тяжело поднялась с места и потянулась в шкаф за тарелками.

Я следила за её передвижениями на моей кухне. Во мне боролись два странных чувства: неожиданное умиротворение и полное непонимание, что происходит.

Бабушка достала глубокие тарелки и чайные чашки из буфета. Здорово, они в этом мире даже посуду хранят там же, где и мы – в этом древнем буфете. Должно быть, он переходил от хозяев к хозяевам. Этот выглядит новее, дерево – темнее, стёкла на дверцах не такие блёклые да и все ручки в порядке.

Стол напротив окна, только наш – со стеклянной столешницей, прямоугольный, а этот – небольшой, деревянный, круглый. И белоснежная плита «Predom», и холодильник «Свияга» – всё ровно на тех же местах, где когда-то до трагедии была современная техника в моём доме.

Я украдкой оглядывала стены в поисках всевозможных ориентиров, календарей, каких-то знаков, но ничего, ни одного намёка не было.