Сердце тьмы

Быстро вскочив, метнулась к отцу, присела на корточки и потрясла его за плечо.

– Папа, проснись. Умоляю тебя, проснись.

Не добившись результата, начала тормошить его. Попытка перевернуть родителя на спину не принесла успеха – не хватило сил. Даже по прошествии полугода скитаний отец потерял в весе незначительно. Но от меня не укрылось, в каком он был ужасном состоянии: некогда новый тулуп нынче походил на лохмотья; штаны, казалось, забыли, когда их в последний раз стирали; жесткая щетина как минимум недельной небритости покрывала щеки и подбородок; под левым глазом красовался здоровенный синяк, на скуле виднелись ссадины.

К тому же от него за километр разило элем, к которому примешивался запах немытого тела.

Справившись с отвращением от тошнотворного зловония, в очередной раз попыталась привести отца в чувство. Как ни странно, меня никто не пытался от него оттащить. Словно иларги забыли о моем существовании.

– Да очнись же ты! Почему от тебя никогда нет никакого толка? Даже сейчас, когда ты мне так нужен.

Меня окатила слепая волна ярости. Я выпрямилась и пнула его носком сапога. Однако отец не издал ни звука, не говоря уже про то, чтобы пошевелиться. Он был мертвецки пьян.

– Помочь? – раздался за спиной уже знакомый голос. И откуда он только взялся?

Я обернулась и смерила недовольным взглядом иларга, лицо которого вновь наполовину скрывал капюшон черного плаща. По всей видимости, маг предпочитал оставаться неузнанным. Но к чему такая скрытность? Доната и Аники и след простыл.

Скорее всего, это было указанием главного.

– Чем? Попинать? С этим я и сама отлично справлюсь. А вот разбудить его вряд ли кому-либо удастся. Пока не проспится, двух слов не свяжет.

– Кто он? – Реймир и мысли не допускал, что это может быть незнакомец.

Я храбро вскинула подбородок, расправила плечи, пытаясь таким образом спрятать боль, стыд и отчаяние, и четко произнесла:

– Мой отец.

Иларг лишь повел бровью. Больше ничто в нем не выдало его удивления.

А вот сожаление промелькнуло в темно-синих глазах мага. После затянувшегося молчания Реймир спросил:

– Хочешь проститься с ним?

– Да, – без заминки отозвалась я, надеясь, что он не уличит меня во лжи.

Естественно, я не собиралась прощаться с отцом, а рассчитывала на спасение. Очередная хохочущая парочка едва не сбила меня с ног. Наверное, так бы и случилось, если бы не молниеносная реакция Реймира, схватившего меня за локоть и притянувшего к себе.