Ассасин

Медлительная дурочка, нерасторопная корова…

Мы смотрели друг на друга в течение нескольких секунд. Он – напряженно и задумчиво (убить меня теперь или нет?), я – широко распахнув глаза и не моргая.

Секунда, две, три. Отсутствие движения, сковывающий страх и непонятно отчего примешивающаяся ко всему доля любопытства.

«Какое любопытство, Элли?! Очнись!»

А ведь он знал. Он все это время знал, что за ним наблюдали. Откуда пришло это четкое понимание, я не догадывалась, но сей факт почувствовала со всей очевидностью – «убийца» совершенно точно осознавал, что из-за угла за ним наблюдают, но предпочел временно оставить этот мелкий момент без внимания.

Моей реакцией? И она – чуть хмельная, бурлящая адреналином после увиденного – не замедлила проявиться. Вместо того чтобы, поджав хвост, улепетывать, я медленно вытянула вперед трясущуюся от волнения руку и оттопырила вверх от кулака большой палец.

«Твоя победа, – говорил этот жест, – это твоя победа. Чистая и достойная».

Пытаясь понять, не сбрендила ли я, выражая одобрение человеку, который только что дрался насколько красиво, настолько же и жестоко, я начала медленно отступать назад.

«Я просто посмотрела, – говорили мои глаза, – битва была завораживающей. Теперь я ухожу. Отпусти… Отпусти».

Шаг назад. Еще один. Руку вниз, ремень перехватить, медленно развернуться.

Если незнакомец решит убрать меня как свидетеля, то, наверное, сделает это быстро – например, выстрелит в спину.

«Или метнет нож».

От напряжения мои лопатки жалобно заныли; под тонкой блузкой по спине потек пот.

«Отпусти, отпусти… Я ничего не видела и не помню, я уже все забыла. Отпусти».

Десять метров. Двадцать. Полдома пройдено.

Если не догнал сейчас, то, возможно, не догонит никогда.

«Не пей больше, Элли, ты не умеешь. И не ходи домой по пустынным улицам».

Не буду, не буду, не буду.

Впереди еще два здания, за ними аллея и парк. Через парк не пойду, пойду в тени тополей вдоль дороги: главное – быстрее, главное – уйти.

Пятьдесят метров. Сто. Сзади тишина – ни шорохов, ни тихих шагов, ни топота бегущих ног.

Лишь обогнув по периметру последнюю высотку, я сумела выдохнуть с облегчением и только теперь осознала со всей четкостью, как близко стояла к пропасти.

«Мог бы убить. Запихнуть в машину, увезти куда угодно или же просто пристрелить.