Впереди бездна, позади волки

– Ой!

Эмма отдернула руку. То ли ей показалось, то ли действительно это было мышь?..

Отойдя от секундного испуга, она резко двинула коробку, и к её ногам что-то шмякнулось.

– Фу, да что ж такое!

На полу лежала тетрадь в коричневой, под змеиную кожу, обложке.

Почему природный интерес к старым вещам в этот момент не сыграл, и тетрадь осталась закрытой, не показав ей ни одной своей странички – так и осталось загадкой. Эмма тетрадь не открыла и просто, не глядя, подняла и воткнула её в ближайшую коробку, между каких-то папок.

Загрубевшая от времени змеиная кожа на прощание больно царапнула ладонь.

– С-с-с..!

Эмма машинально лизнула царапину, продолжая искать глазами нужные документы.

– А, вот они! Кто ж их туда засунул-то?

Она, балансируя на шатком стуле, пыталась добраться до самой высокой полки.

А после, с найденными документами в руках, без особого рвения она вернулась в кабинет.

Рабочий день подошёл к концу.

Мда… работа так и склеилась…

Эмма отчего-то не спешила уходить, будучи в некой приторможенной задумчивости.

Позвонила тётя Люся и сообщила, что Эмме просто необходимо сейчас к ней заехать и забрать восхитительные блинчики, которые она только что мастерски сварганила. Эмма вяло попыталась отказаться:

– Тёть Люсь, ну давайте завтра, а? Завтра суббота, я приеду, помогу Мишке с рефератом и блины заберу… Да будут они съедобные завтра, ну что вы придумываете…

Тётя Люся была непреклонна.

– Ой, ну хорошо, хорошо, заеду!

Глава 2

– Эммочка, золото, проходи, проходи!

– Тёть Люсь, да что проходить, я быстро! Завтра приеду, нормально посидим…

– Нет! Нет! И завтра посидим и сегодня посидим! Хоть немножечко! Эммочка, меня прямо прёт сегодня с утра! Прям вот поток идёт такой из космоса, прям Ниагарский водопад какой-то! Ха-ха! Ну, пойдем на кухню!

Тётя Люся, шустрая брюнетка в розовом адидасе в обтяг и татухами, которые очень плохо вязались с её пенсионным удостоверением, закружила Эмму, увлекая от серой реальности.

Тётя Люся искренне считала себя медиумом, экстрасенсом, ясновидящей и прочими существительными из этой серии. Впрочем, не родился ещё тот человек, который мог бы это опровергнуть. Эмма знала по опыту, что если тетю Люсю прёт, то лучше не сопротивляться.

И вот уже тётя Люся наливает из турки дымящийся кофе в старую, подернутую перламутром чашечку и протягивает её Эмме.

А чашечка эта особая, для гадания.

– От себя!

–Я помню, тёть Люсь.