Всё, что необходимо для смерти

– Аддерли, а меня ведь не вызывали на допрос в тайную полицию! После того, как я неизвестно где пропадала десять дней, а потом обнаружилась в компании вражеских офицеров на нейтральной территории без соответствующего на то разрешения! И потеряла двоих людей.

Джеймс изменился в лице, и его синие глаза потемнели до черноты.

– Вот только не вздумай сама туда соваться, – даже не прошептал – шпрошипел он, – своей правдой только хуже сделаешь! Ты вообще кому служишь – сотрудникам ТП или императору?

– Императору, конечно, – удивилась я такой его реакции.

– Вот и исполняй, что он от тебя ждёт! Ему и Бресии нужно, чтобы ты была героем? Стань им!

Мы надолго замолкаем. Аддерли заметно разнервничался, хоть виду и не показал. Но я его знаю. Возможно, в чём-то он прав. Я погрузилась в невесёлые размышления, потягивая виски.

– Я бы на твоём месте видел в этом плюсы, – майор нарушил наше затянувшееся молчание, – вот обо мне пишут только в светской хронике, что бы я ни делал на линии фронта.

Я неплохой офицер, Скади, и, знаешь ли, мне обидно! Обидно, что я посвящаю жизнь своей стране, а ей интересно лишь то, что творится в моей постели. Хотя как раз там ничего занятного и не происходит. Ты единственная женщина среди нас, и тебя заметили, как офицера, зауважали за твои профессиональные качества, а не за причёску!

Я горько вздохнула.

– Какие могут быть качества, если все эти разговоры, вся эта статья – чьи-то выдумки, Джеймс? Разве только причёска на фотопортрете настоящая, да.

Мы просидели в «Сломанной птице» до позднего вечера. С виски я и правда переборщила, и Джеймс повёз меня домой. Мы долго не могли справиться с заклинившим замком и повернуть ключ, а когда наконец ввалились в узкую прихожую, на нас обрушилась колченогая вешалка, попутно сбив подставку с зонтами. Джеймс инстинктивно загородил меня собой, выхватывая револьвер, я расхохоталась, зажатая между стенкой и его спиной.

– Чёрт, Скади, что у тебя тут за бардак! Я думал, в дом забрались воры! – Он изо всех сил старался сохранить остатки серьёзности.

 – И где переключатель?!

Переключатель был как раз за мной, Аддерли потянулся к нему, его дыхание обожгло мои губы. После щелчка лампочка над нашими головами вспыхнула и погасла.

– Да чтоб тебя! – ругнулся Джеймс. – Грин, есть в этом доме хоть что-то, что не требует починки?

Мы стояли вплотную друг к другу, и в темноте прихожей я видела лишь мягкое, постепенно разгорающееся мерцание его глаз.