Под запретом

Бери, – соглашаюсь, раздумывая над тем, чтобы с зарплаты подарить дочери вместо еще одной игрушки рюкзачок побольше.

Зарплата. Пожалуй, в груди щемит во второй раз. Пока дочка, прыгая от счастья, что ей разрешил взять еще одну игрушку в садик, пытается запихнуть дракончика в рюкзачок и мурлычет песенку под нос из мультика, я раздумываю над тем, что совсем недавно попал под сокращение. Теперь приходится выживать. Устроился на новую работу, куда взяли по знакомству и быстро, и то благодаря тому, что в прошлом у меня уже был опыт подобной работы, но задерживаться в ресторане официантом я не планировал.

Хоть и платили там прилично. Но для Элины все лучшее, а простой официант не сможет дать дочери всего, что она захочет или в чем будет нуждаться.

Успокаивая себя, что это лишь временные трудности, я помогаю дочке застегнуть молнию на рюкзачке.

– А теперь обувайся и идем. Иначе опоздаешь в садик.

Элина кивает и мчится в коридор нашей ипотечной двушки, которую я купил три года назад, будучи уверенным, что финансово потяну квартиру и заботу о дочери, и не предполагая, что случится чуть позже, и следую за Элиной.

Нужен план. Возможно, пора выйти на еще одну подработку, пока не найдется место, которому я буду соответствовать.

Деньги. Чертовы деньги, без которых ты заживо загнешься.

Выдохнул. Мне лучше не злиться, иначе весь день под хвост коту. А впереди очень длинный день. Сегодня моя смена, работаю я в ресторане, принадлежащим холдингу Воронцовых. Эта местная богатенькая семья, о ком я знал лишь то, что с ними лучше не пересекаться.

Хозяева там запросто шагают по чужим головам, подгребают под себя всё, что плохо лежит, и не обращают внимания на тех, кому нужна помощь. Но при всех минусах этого семейства есть здоровенный плюс – они не скупятся на зарплатах для своих сотрудников. Поэтому когда Глеб, мой знакомый, предложил попробовать себя там, я не смог отказаться. Так и попал в ресторан, который находился рядом с офисом компании. Начальство под боком, спрос выше, но и платят лучше. Грех жаловаться.

Я и не жаловался, но понимал, что смены, зачастую заканчивающиеся после полуночи, отнимали у меня время общения с дочерью. Элина немного расстраивается, когда меня по вечерам не бывает дома. Но, объяснив дочке причину, она вроде бы как поняла и смирилась. Благо у нас была помощь в лице моей родственницы. Тетя Самира по отцовской линии жила в квартале от нас, и всегда приходила на выручку. Своих детей у нее не было, а муж умер несколько лет назад.