«Люблю» на эльфийском

Я же стояла там, смотря на то, как два почти-одинаковых эльфа направили на меня острия своих мечей явно с недобрыми намерениями.

– Родственники Атеса Шекера должны быть допрошены вне зависимости от их расовой принадлежности, пола, возраста и магии, – грубо заявил Мэвнт, выступив чуть вперед и пытаясь обойти мистера Актана. – Люди не могут вмешиваться в дела эльфов и дроу.

Я с искренним неверием перевела взгляд с широкой спины мистера Актана на Мэвнта, отмечая, как поджались его губы и теперь взгляд невероятно красивых глаз стал поистине хищным и пугающим.

– Могут, когда допрашиваемый числится не только под защитой королевы, но также и состоит на службе у короля дружественной расы и находится под защитой семейной и традиционной магии, – мотнул головой мистер Актан.

– Ее отец преступник! – оскорбил меня и весь мой род Куртадон, делая шаг в мою сторону и одновременно с этим, пытаясь обойти препятствие в виде мистера Актана.

– Эй! Мой отец самый честный из всех известных мне дроу, и уж куда более честный, нежели эльфы! И я не потерплю клеветы в его сторону от парочки ушастых идиотов!

А нечего моего отца обзывать и ложно обвинять. Между прочим, я за такое могу и проклятие наслать, а еще какую пакость сделать.

– Это задание становится все интереснее и интереснее с каждой минутой, – хмыкнул себе под нос Голифтэн, отчего удостоился злобного взгляда от меня и двух непроходимых… ну сами знаете кого.

– Заткнись, – огрызнулась я на Голифтэна. – Хотелось бы вам напомнить, господа, что я ныне нахожусь под защитой королевы Дарталии, так что если по вашей вине на мне останется хотя бы царапина, то вас ждет наказание и вряд ли оно вам понравится.

Да, пользоваться защитой Дарталии было подло, и вести себя так тоже не очень прилично и здраво, вот только они меня сами вынудили. Первые начали, в конце концов.

– Спрячьте мечи в ножны, братья, – холодно и требовательно приказал Тейель, положив руку на плечо Мэвнта и сжимая так сильно, что подчиненный заметно скривился. – Мисс Шекер права, сейчас она находится под защитой нашего монарха, и не может быть ни допрошена, ни тем более задержана, – добавил Тейель, метнув в мою сторону раздраженный взгляд. Меня прошибло от головы до самых пят от того, сколько агрессии и злобы плескалось в удивительно прекрасных глазах.