«Люблю» на эльфийском

Выпрямившись, я увидела, что метнул его Голифтэн и уставилась на него с желанием отрезать эти пакостные и криворукие конечности.

– Ты слепой, что ли?! – рявкнула я, доставая кинжал из дерева, и подкидывая его на ладони.

У клинка хороший баланс. Рукоять была довольной простой, без каких-либо украшений, обычная деревяшка, обтянутая темной кожей.

– Он увернулся, я целился в наемника, а не в тебя! – огрызнулся Голифтэн, на что я лишь закатила глаза.

Инфантильный и криворукий. Как он вообще до своего возраста дожил и не был жестоко убит собратьями?!

– Сдавайтесь, – услышала я голос Тейеля и обернулась.

Он держал за шкирку, будто нашкодившего котенка какого-то мужика. Приставив к его горлу острие своего убийственно прекрасного и опасного меча, эльф повторил. – Сдавайтесь, пока мы вас всех не перебили.

Лидер нашей компании явно был не в самом лучшем расположении духа. И я вновь невольно восхитилась его силой и непоколебимой уверенностью. Он внушал страх, уважение и заставлял мои внутренности плавиться одним лишь своим видом.

Я осмотрелась, замечая, как небольшая горстка наемников в черных одеждах, которые еще могли стоять и даже сражаться положили оружие на землю и подняли руки вверх.

– Девушки в порядке? – спросил Тейель, не обращаясь к кому-то конкретно.

– Принцесса и одна из фрейлин в полном здравии, – сообщил, наверное, Мэвнт, потому что я видела лишь макушку эльфа из-за кареты.

– У Сандры обморок, нужно будет потом ей что-то холодное к щеке приложить, – пояснила я, замечая, как красный след пятерни отпечатался на ее бледной коже.

Грудь девушки мерно вздымалась и опускалась. Она в полном обмороке, и не пробудится еще несколько часов.

Интеру и Сидсель вывели из укрытия и, судя по тому, какой бледной была фрейлина, то ей подобный стресс не пришелся по душе. Но стоило ей увидеть сестру на земле, как Сид преобразилась, свирепея на глазах.

– Кто это сделал?! Кто посмел ударить мою сестру?! – прорычала, будто взбешенный оборотень Сидсель, падая на колени рядом с Сандрой.

Она нежно водила кончиками дрожащих пальцев по коже Сандры, едва касаясь, словно боясь причинить боль. Нижняя губа Сид затряслась, а щеки покраснели от злобы. – Скажи, что он поплатился, – обратилась ко мне девушка, подняв на меня свои блестящие жаждой крови глаза. Я невольно покачала головой, отмечая, как злость может менять людей.

– Разумеется, или ты сомневаешься в моих садистских наклонностях? – невесело улыбнулась я.