Метель

 – Такой военный талант поискать… потому и уважаю его, хоть он и Республику[13 - Имеется в виду Речь Посполитая, название которой (Rzeczpospolita) переводится с польского языка как «республика», невзирая на то, что глава государства назывался в ней королём.] нашу погубил. Да и Цизальпинскую – тоже. Даже не знаю, что было бы, скрести они с императором оружие… Да только Наполеон во время Итальянской кампании в Египте завяз… и чего ему там надо было?

– Ну как же… – Глеб покрутил головой удивляясь тому, что пан Рыгор не знает очевидного.

 – Дорогу в Индию искал, чтоб англичан победить…

– Фантазёр, – с сожалением сказал пан Рыгор, и оставалось только гадать, кого он имеет в виду – императора или его, Глеба. – У корсиканца был великий военный талант. Тактический. Но как стратег он… никакой, матка боска. Кутузов с Барклаем в двенадцатом году его переиграли начисто. Не победили ни в одном сражении… разве что у Малоярославца да на Березине… и выиграли всю войну разом. Вся Великая армия в русских снегах осталась, пся крев…

Глеб открыл было рот, чтобы возразить, но смолчал – в конце концов, пану Спакойнему было виднее, он сам там воевал.

Смолчал, хотя в душе стоял разброд – в доме Невзоровичей Наполеона было принято уважать.

Пан Рыгор же только довольно усмехнулся, видя смущение Глеба. Пыхнул трубкой и продолжил, как ни в чём не бывало:

– Это и есть великое стратегическое искусство, пан Глеб, можешь поверить старому вояке – выиграть войну, проиграв все сражения.

Потому и говорю, что фантазёр был его императорское величество… – он помолчал несколько мгновений, потом фыркнул, словно что-то вспомнив. – А после Египта ещё и новая фантазия… слышал, небось про то, чтоб вместе с русскими через Персию до Индии досягнуть? Тоже не умнее…

– Слышал, – неохотно сказал Глеб. Не хотелось спорить с отцовым другом, но он всё же не удержался, чтобы сумрачно не возразить. – Так ведь и русские, и французы по сорок тысяч хотели выделить…

– Ну и остались бы те восемьдесят тысяч гнить где-нибудь в Персии или Афганистане, – дёрнул щекой Рыгор.

 – Слышно было, что и нас туда направить хотели… уберегла матка боска… ты хоть представляешь, сколько там до той Индии от того Кавказа или с Эмбы-реки? Плохо мы, европейцы, Восток знаем…

– Не смогли бы, думаете, пане?

– Никак, – покачал головой пан Рыгор. – Сошлись два венценосных фантазёра, Павел Петрович да Наполеон Бонапарт.