Дурные приметы

Уже сев за стол и достав бутылку из ресторана Дома литераторов, Евлентьев наконец задал себе вопрос, который давно зрел в его сознании, – а зачем он, собственно, здесь появился? Но отвечать не стал, в этот вечер все казалось ему правильным и единственно возможным.

Старший Варламов тут же побежал в угол и поставил чайник, принес еще одну рюмку, Зоя с лицом легкого фиолетового оттенка и с таким тонким голосом, что далеко не всегда удавалось разобрать, что она говорит, показала Евлентьеву язык, потом показала еще раз.

То ли она пыталась соблазнить его, обещая неземные ласки, а может, столь странно проявлялась ее непосредственность. А Миша Варламов все это время, покатываясь со смеху и вскидывая коленки, рассказывал о том, как они с отцом взяли Зою с собой в деревню, а там ее посетил инопланетянин.

– Представляешь, Виталик, все выпили, все съели, уже далеко за полночь, разбрелись по кроватям и вдруг слышим истошный вопль!

– Ты бы тоже закричал! – сказала Зоя.

– Оказывается, в темноте, вдоль луча лунного света к ней проникло существо, забралось под одеяло и воспользовалось ее беспомощным состоянием!

– Ничего и не воспользовалось! – поправила Зоя.

 – Оно не успело.

– А утром выяснилось, что никакое это и не существо, – пояснил Миша. – Это был вовсе не посланник высшего разума, это пастух Иван перепутал избы и спьяну влез в окно не к себе, а к нам… А Зою в темноте за свою бабу принял! – хохотал Миша.

Ночное происшествие обсуждали, пока не кончилась водка, и только после этого Евлентьев поднялся.

Варламов вышел его провожать, он всех провожал, тряс руку, просил заходить.

– Это… – Евлентьев подождал, пока мимо пройдет мужик с собакой. – Я слышал, ты уезжаешь?

– Через неделю. На границу Украины с Молдавией.

– Да, ты говорил… Иконостас расписывать…

– Представляешь, два месяца на полном довольствии, на молдавском вине…

– Ключ дашь? – спросил Евлентьев.

– Ради бога! – вскричал Варламов, радуясь непонятно чему, и, метнувшись в мастерскую, через минуту вернулся.

 – Держи. Как пользоваться, знаешь. Миша, – он кивнул в сторону мастерской, где опять раздался взрыв веселого хохота, – Миша едет со мной… Так что… Давай. Только свет не забывай гасить, а то всю ночь ломиться будут.

– Кто?

– Люди, кто же еще…

Евлентьев сунул в карман плоскую холодную железку, пожелал Варламову творческих успехов, пожал сильную, костистую руку художника. И зашагал к арке.

Пора было возвращаться к Анастасии.