С мыслью о…

Супружница моя без слов воды теплой с бани принесла, Фимка хоть и с урчанием, но душ приняла. Я к тому времени конуру сладил. В конуру для подстилки фуфайку старую положил, так и здесь порода сучья, по-своему порядок навела. Чем-то одежда ей не угодила. Вытащила на крыльцо подстилку. Зубами соломы, что у сарая, из стожка надергала, натаскала и устелила ею своё новое жилище.

Дети, как к сердцу что-то родное нашли. Аленка сводила Фимку в свой уголок в предбаннике, где с куклами и игрушками познакомила.

Сын в мягком, податливом, дружелюбном существе друга не игрушечного, а живого признал. Крепче и лучше любого подарка магазинного полюбил. Перед сном постоянно выходит ручонкой погладить – кареглазую.

На день третий случайная дворняга прописалась у нас полноправным членом. Боялись мы с Татьяной за живность, что на дворе нашем родители из-за близости к реке держали. Гусям, курам да индюшкам сподручней с моего подворья на берег Катуни на выпас идти, нигде дорогу или улицу переходить не нужно.

Со всей этой стаей сторожиха наша быстро контакт и границы особые установила. Те, хоть и безобразничали во дворе, но к порогу и крыльцу уже не подходили близко, потому и чисто стало от испражнений птичьих перед входом в дом. С котом Васькой без проблем территорию поделили. Тот в комнатах за порядок отвечал, а Фимка на улице. А когда индюк войну с гусаком затеяли, то Фимка враз их помирила, лаем и видом своим указала, кто на территории хозяин.

Самое интересное и не особо приятное где-то через неделю проявилось. Собак то в Полеводке, сам знаешь, во дворе каждом, да только кабели все. Кому охота в хозяйстве за год три раза потомство топить или иным способом приплод лишний изводить. Так что псы, быстро учуяв породу сучью, к дому до дюжины, а порой и больше собираться стали. Ну, прям наваждение, с утра до ночи и смех, и грех. Видеть да слушать, ту похоть звериную в гвалде и завываниях не только мне, но и соседям не по нраву было.

Невеста наша за ограду не выходит, только голос злобный отгоняющий подает. Не ожидали мы с супругой, что всё хорошее таким обернется. Хотели на всякий пожарный суку на цепь посадить. Но та ошейник лапами стянула и в угол дальний под сенцами забилась. Три дня не выходила.

Проблему мигом решил новоявленный жених. То был ничейный, огромный, черного цвета, пес без роду и племени. Про таких говорят волкодав или кавказец.