Дранг нах остен по-русски. Последняя битва

При появлении данных о голоде на Руси именно Кожин срочно отбыл туда, в Москву, где и работал два с половиной года. В статусе полномочного представителя союзной с Русью Новороссии старому сыщику работать оказалось гораздо легче, чем годы назад. Зная о хороших отношениях царя к русам-магаданцам, не всякий боярин рисковал спорить с людьми Кожина. Впрочем, Николай был достаточно опытным интриганом, чтобы избегать возможных конфликтов с власть предержащими.

С адекватными людьми он давно поддерживал дружеские отношения, помогая им передовой техникой и обучением мастеров.

С глупыми и жадными боярами, коих на Руси никогда не станет меньше, магаданец действовал прямым подкупом, благо средств для этого хватало, а сувениров из Азии и Югоруси он привёз полный корабль.

Теперь, на пике своего могущества, Новороссия имела возможность задействовать любые ресурсы, вплоть до физического устранения особо рьяных негодяев. Хотя к подобным методам прибегали крайне редко, но слишком высока была цена, о которой знали магаданцы, – Смута, смена династии и долгие годы войн, вплоть до распада России.

Потому в крайних случаях Кожин и его люди предпочитали действовать жёстко и быстро, пресекая любые панические слухи и настроения.

Не зря к этим неурожайным годам, в реальной истории предшествовавшим Смуте, готовились магаданцы больше десяти лет, потому и справились успешно. Удалось избежать массовых бунтов и голода в городах, своевременно и правильно распределяя запасы зерна и консервов, в том числе с помощью информации от лекарей – воспитанников супругов Кочневых.

Неплохо помогли царские дьяки, многие из которых прошли обучение в Королевце и честно служили Руси. Да и царь Иван Пятый, получивший к этому времени достаточный опыт работы с боярством, здорово прижал мздоимцев и паникёров.

Впрочем, последняя война в Европе сильно изменила расстановку фигур на континенте. У Руси не осталось враждебных соседей с запада, там она граничила с союзными государствами – православной Швецией, православным Западным Магаданом, православной Южно-Польской империей и несоюзной Турцией, находящейся под строгим присмотром Новороссии.

Потому привыкшим продаваться боярам, или, как говорили, «получать пенсион» от иностранных агентов, практически некуда было податься.

Турция сама имела огромные проблемы от агрессивных западных и южных соседей, теряя доходы и территории, у неё не было возможности давать взятки ещё и русским боярам, так как просто не хватало денег.