Будапештский нуар

– Дорогая моя, я видел тридцатилетних женщин, и уж поверьте, вы выглядите моложе их лет на пять, – сказал Гордон Кристине вскоре после их знакомства.

– Меня не интересует, сколько женщин вы видели, Жигмонд, – ответила она, – избавьте меня от подробностей. Вы же сами сказали, что с этого момента в вашей жизни только одна женщина.

Гордон готов был это подтвердить, но знал, что в этом нет никакой необходимости.

Кристина надела милую шляпку на свои вьющиеся каштановые волосы до плеч, за что Гордон был искренне ей благодарен, поскольку он не выносил броские и вычурные шляпы с широкими полями.

– Ну? – спросила Кристина, когда они вошли в гостиную.

– Что ну? – переспросил Гордон.

– Вы забыли?

– Наверняка. И что же я забыл сегодня?

– Вы хотели сходить в «Занзибар». Послушать каких-то певичек из Лондона.

– Из Нью-Йорка, – поправил Гордон, кинув пальто на венский стул у кровати. Ему нравилось у Кристины, но кресел здесь явно не хватало.

Она обставила небольшую квартирку по последнему слову моды.

В углу – самая обычная кровать, рядом с ней – шкаф. Перед кроватью – журнальный столик. С другой стороны кровати – комод с тремя ящиками, на нем – фарфоровая фигурка, а над ней – зеркало в длинной простой раме. Рядом на подставке стоял цветок в горшке. В квартире было всего два растения, но Гордон никак не мог запомнить их названия. На стене – одна картина, нечто абстрактное, и больше ничего. Кристина увлеклась новой модой еще в Берлине, она старательно соблюдала единообразие стиля комнаты. Гордон не раз сетовал на отсутствие кресла, но Кристину не особо интересовали его жалобы.

– У себя дома можете сколько угодно сидеть в своих протертых креслах, – заявляла девушка, на что Гордон только плечами пожимал.

Кристина, прислонившись к дверному косяку, ждала, пока мужчина выйдет из ванной. Тот умыл лицо, мокрой рукой зачесал волосы назад, поправил галстук и вернулся в комнату. Девушка сняла очки и спросила:

– Ладно, не из Лондона, а из Нью-Йорка, но все-таки кого мы будем слушать?

– Люси и Нору Морлан.

Сестер Морлан, – ответил Гордон.

– И они выступают сегодня вечером. В такой день.

– Вы думаете, «Занзибар» отменит выступление певиц, за приезд которых они заплатили немалую сумму, только из-за смерти какого-то премьер-министра?

На углу улицы Сив Кристина свернула к метро, но Гордон осторожно развернул ее к Октогону.