После нас. Сборник

Мне срочно понадобились деньги, чтобы расплатиться с банком. Бюрократическая машина взяла всё, что у меня было за душой.

–Типично для нашего времени. Ничего не скажешь.

– Теперь твоя очередь.

– Все зовут меня Писклявым. Я из самой дыры нашей планеты, о которой почти никто ничего не знает. Собственно говоря, ты слышал об острове Пасха?

– Нет.

– Вот-вот. Там я скрывался от внешнего мира. Меня заставили сыграть в эту чёртову игру, чтоб я был реабилитирован за отступление от кодекса Зевса. Ты знаешь эти три правила кодекса Зевса, которые появились после ядерной зимы из-за Третьей мировой войны в 2060 году.

После сам знаешь, что мир изменился. Теперь мы молимся на эти три правила. Первое правило – Поклоняйся вседержителю Земли – Зевсу. Второе правило – Совершай действия во благо Зевса. Третье правило – После смерти тебя ждут дары Зевса в чертогах Олимпа. Мы повторяем их чуть ли не с рождения, как мантру. Безумие кругом и в нас.

– Я помню.

– В эту чушь верят только идиоты – идеальные рабы для современного миропорядка.

Я уверен, что после смерти нас ждёт медленное разложение в нашей могиле – в лучшем случае, а в худшем случае – тебя переварят монстры игры Вайнар в своих желудках. Либо ты – отработанный материал с заслуженными трудовыми орденами за заслуги перед системой, либо ты – корм для «собак» Вайнара.

– Твою мать! Как же больно…

– Что случилось?

– Колючая проволока начала впиваться в запястья. Видимо, причина в том, что мы не играем, а болтаем.

– Тогда ходи! Пусть всё решит беспристрастный случай, так как никто из нас не умеет играть в шахматы.

– Пошёл!

– Кажется, я поставил тебе детский мат, как говорят шахматисты.

– Бог мой! Невыносимо!

Через мгновение колючая проволока разрезала на части Мастера. Писклявый смог встать со стула и выбрался через дверь из белой комнаты, где они находились только вдвоём, на территорию следующего уровня. Наблюдатель Вайнара объявил о прохождении игроком первого уровня.

Второй уровень. Зеркала смерти

– Ничего не понимаю.

Почему я вижу кругом зеркала? И ещё – почему я отражаюсь в этом зеркале совсем ребёнком, словно мне три года?

С каждым шагом Писклявый наблюдал, как в отражениях зеркал он становился взрослее. Сначала он вспомнил своё рождение и как его мать держит его в своих руках. Её нежные руки укрывали его от боли, голода и смерти, но в тоже время она открывала ему бесконечный горизонт надежд на возможность быть тем человеком, кто проложил путь в вечность Рая.