Жена для злодея, или Нельзя (влю)убить Кощея

Черпая циклопические груды опилок, они практически сделали под нас подкоп. Так что, нависавшая над нами гора поехала вниз, подхватывая все на своем пути и увлекая следом.

Лавина несла нас вперед, сбивая с ног попадающихся на пути зомбаков, в полутьме тайного подвала только и слышалось «Уы-ых! Иы-ых! Аы-ых!» от опрокинутых, словно кегли, мертвецов.

Резкий толчок вырвал мою руку из ладони Кощея, и меня унесло прочь, погребая под толщами стружек. Течение уже не несло меня, я тонула и пыталась выплыть, выгрести из этого елового водоворота.

В конечном итоге, активно дрыгая ногами и руками, я вынырнула на поверхность. И замерла, впав в ступор, вызванный замогильным ужасом. Вокруг копошились мертвяки, раскидывая опилки, вставали на ноги. Им оползень не причинил никакого вреда, я же разжилась парой синяков.

Какой-то зомбак, по-видимому, начальник, подошел и сунул мне в руку корзину, полную стружек.

– Ы-ы-ы! – приказали мне и ткнули пальцем, показывая, куда нести.

– И-и-и-и! – ответила я и на негнущихся ногах зашагала туда, куда послали.

Вокруг зомби-надсмотрщики пинками поднимали с земли мертвяков попроще и заставляли работать.

Спустя какое-то время я вошла в ритм и осознала, что мои оцепеневшие ноги шаркают в такт шагам остальных зомбаков. Пораженная ужасом, я даже так же деревянно покачивалась, и в этом чудовищном танце смерти мертвецы принимали меня за собрата.

Скорее всего, мой нездоровый цвет лица с размазанным гримом и прилипшими к щекам стружками-струпьями сигнализировал зомби: живой человек не может так выглядеть – этот жутик свой.

Я пошарила взглядом вокруг, скосила глаза и обнаружила Кощея.

Широкоплечий зомби вполовину выше всех остальных с надетой корзиной на голове метался среди остальной нежити, выискивая кого-то.

Наши взгляды встретились, и злодей привычно вздрогнул, опознав среди мертвяков меня.

Так же топорно, как и все, Костик вышагивал к выходу и помимо этого бочком приближался ко мне.

Стоило злодею подойти, как я не удержалась и протянула ему руку, ища поддержки. Ладонь Кощея несильно сжала подбадривая, а традиционное «Ыыы!» в исполнении Костика заменяло тысячи слов. Так держась за руки, мы встали в общие ряды мертвецов и вышаркали наконец за пределы склада опилок.

Перед узкими дверьми было столпотворение, за ними зомби рассыпались во все стороны, словно волна лесных муравьев, спеша по своим явно недобрым делам.