Волчье лезвие

Сзади хлопнула дверь – это вошла служанка с кувшином в руках. Теоделинда обернулась.

– Пора выйти к гостям, Теоделинда, ? сказала служанка, и морщинки на её лице пробудились, придав ласковому взгляду искушённости и опыта.

– Да, Херти. Все собрались?

Теоделинда села на скамью у зеркала из отполированной бронзы. В отражении увидела, что Херти вытащила гребень из складок длинной, до пят, коричневой рубахи.

– Не знаю, дорогая, но Тассилон и Гримоальд уже спускались, когда я тащила свои кости по ступеням.

– Все равно Гримоальд больше дружен с Тассилоном, чем Гундоальдом.

Херти перекрестилась и запустила гребень ей в волосы:

– Твоя мать хоть не рожала Тассилона, но заботой и лаской не обделяла.

– Я так мало её знала.

Зеркало с потускневшими краями показывало Теоделинду: юную девицу с волнистыми волосами светло-каштанового цвета длиной до середины плеча.

«Мать, ты так же смотрелась в зеркало, когда собиралась к гостям?».

Лишь улыбка и тепло ласковых рук. Вот и всё, что она запомнила за первый год жизни, прежде чем лишилась матери.

– Херти, скажи, как ей было с королями?

– Если тебя беспокоит женитьба на человеке не королевской крови, то знаешь, я служила твоей матери в то время, когда она первый раз вышла замуж за франкского короля и не родила ему детей. Он умер. Видно, она изрядно шевелила его чресла на ложе, ? хмыкнула Херти. ? И зачем рассказываю? Ты уже всё много раз слышала.

– Ничего, Херти. Ты иногда говоришь так забавно.

– Жилось ей хорошо. И со вторым, хоть приближённые заставили его от неё отказаться. А он так желал её, что, может быть, сам брата и умертвил, лишь бы к ней подобраться. Она так сначала горевала ? из-за того, что её твоему отцу отдали. Ведь он был всего лишь вождём рода, а она принцесса. Я тебе скажу: если бы её отец тогда был жив, а длиннобородые в то время смогли короля выбрать, то они такого не потерпели бы, воевать стали.

Херти отошла в глубь комнаты, где стояли кровать и сундуки. Теоделинда поднялась, когда увидела в зеркало, как служанка несёт длинное платье без рукавов из зелёного шёлка, вышитое золотыми нитями.

Теоделинда рассматривала себя в зеркало, пока Херти расправляла на ней платье.

– Всё же мне кажется, что с твоим отцом она была счастлива. И детей родила, троих.