Белая акула

От интерьеров спальни остро веяло борделем: рядом с кроватью с предсказуемо алыми простынями был установлен пилон, весь потолок закрывало собой гигантское зеркало. Шкаф скрывался в потайной нише – то ли чтобы не портить эротические впечатления, то ли чтобы дамам, выполняющим танцы на пилоне, сложнее было порыться в вещах хозяина. В недрах шкафа был спрятан сейф, да так хорошо, что и эксперты до него не сразу добрались. В спальне было чисто, и все же после того, как в углу они нашли большую банку с ношеными дамскими трусиками, Яна не покидало желание присыпать тут все хлоркой сантиметра на два – просто на всякий случай.

Александра, вопреки его опасениям, отреагировала на холостяцкую берлогу Сараева равнодушно.

– Думаю, у него были серьезные проблемы с потенцией, – бросила она, разглядывая полки с коллекцией секс-игрушек. – Или, может, латентный гей, но, скорее, первое.

– Ты прикалываешься так? – поразился Ян. – У него там бабские трусы законсервированы!

– Ну да. Но вот тебе, здоровому мужику, такое нужно для возбуждения? Это все показуха для тех телок, которых он сюда притаскивал.

– И что нам это дает?

– Не более чем штришок к его портрету, кабинет интересней.

Кабинет и правда выглядел солидней. Казалось, что эта комната и спальня принадлежат двум совершенно разным людям. В работе Сараев был строг, сдержан и успешен. Чувствовалось, что он любит свое дело и уделяет ему немало времени – а потом идет в качалку. Пока предварительные сведения о нем подтверждались.

Что Сараев не был наемным убийцей – это уже понятно. Теперь Ян искал хоть какое-то упоминание о криминале в мире этого вдохновенного качка и не находил. Похоже, и во временной изоляции Сараев жил так, как раньше, был всем доволен, и вдруг… Что – вдруг? Что такого должно было случиться, чтобы он застрелил не известного ему человека?

А в том, что Андрея он не знал, Ян все больше убеждался. В квартире не было ничего, хотя бы намекающего на связь этих двоих.

Андрей вот не стал. Среди записей покойного Ян не видел ничего похожего на слежку за потенциальными жертвами. И это при том, что Сараев относился к людям, описывающим каждый свой шаг! Снова неправильно. Неужели психоз?

Александра, вероятнее всего, думала о том же, не могла не думать. Однако сдаваться она не собиралась.