Белая акула

Высоки были шансы, что он снова впал в прострацию, и тогда толку от него не будет никакого. Однако Александра не для того потратила столько времени на эту поездку, чтобы вот так сдаться!

– Мне нужны сведения о Викторе Шереметьеве, – сказала она.

Михаил оторвал взгляд от чая, но посмотрел не на Александру, а в окно, выходящее на задний двор.

– Твоя псина съест мою тюремщицу, – проворчал он.

– Ничего, тебе новую дадут. Так вот, Виктор Шереметьев.

– Мафия, – буркнул Михаил и снова уткнулся в чайную чашку, словно пытаясь вспомнить, зачем вообще нужен этот напиток.

Александра понимала, что вот сейчас она точно должна его пожалеть, почувствовать, что карма отыгралась на гордом следователе сполна. Однако жалости не было, только глухое раздражение из-за того, что он оказался не способен запустить свой мозг хотя бы на пять минут.

Ведь это могло спасти Андрею жизнь!

– Да-да, мафия. А конкретней нельзя? Мне, понимаешь ли, жутко понадобилось прищемить ему хвост.

– Зачем? Как я помню, ты ему хвост оторвала и себе приделала.

Он узнает, что ты – моя дочь, он узнавать умеет. Он такого не простит.

Ага, значит, что-то он все-таки помнил! И это было весьма интересно. Александра думала, что нежелание Виктора помогать сыну было связано с какими-то внутренними проблемами семьи. Но может оказаться и так, что Шереметьев-старший взъелся на Андрея за роман с ней! Только это же какой скотиной надо быть…

– Меня его прощение не интересует. Мне нужна его помощь, а добровольно он помогать не хочет.

Михаил бросил на нее быстрый взгляд помутневших от болезни глаз и захихикал.

– Ты не моя дочь!

– Ну, началось, – раздраженно закатила глаза Александра. – Слушай, а если тебя по башке стукнуть, как старый телевизор, ты часом не заработаешь?

– Ты не она!

– Ага, сейчас расскажешь мне, что я на самом деле – труп, который давно закопали и крест поставили. Так?

– Не так. Ты вообще не человек.

– Это уже что-то новенькое… Кто же я тогда?

– Я Сашку другую оставлял.

Упрямую, но человечную. Добрую. Я не хотел, чтоб ты к ментам присоединялась, не потому, что ты не могла. Просто неправильно это для бабы… Мужик еще выдержать может, а баба – нет, у нее природа меняется. Только я не смог тебя от этого защитить. Что стало, то стало.

– То есть, я уже не зомби? – фыркнула Александра.

– Ты – белая акула. Она что делает? Только плывет и охотится, о других не думает. А если кровь почуяла, уже и не остановится.