Ошибка стюардессы. Человеческий фактор

Мое сердце билось в груди, словно голубка, рвущаяся из клетки на волю.

– Артем Станиславович…

Он холодно покосился на меня.

– Что? Приборы? Где?

– Нет, какие приборы… а у вас остается время на личную жизнь?

Он оторопело посмотрел на меня как на проститутку, которой вдруг вздумалось приставать к пилоту в кабине авиалайнера.

– Не отвлекайся, Шакурова, и меня не отвлекай, поняла? Я могу пропустить вызов нашего борта наземными службами!

Я закусила губу от досады. Вы не указание наземных служб можете пропустить, Артем Станиславович, вы любовь шикарной женщины может пропустить, а потом локти будете кусать, да поздно будет!

Больше он не произнес ни слова и вел себя так, словно летит в кабине один.

Я едва не потеряла сознание от тягостного молчания, и возблагодарила небо, когда Глебов, наконец, вернулся.

– Как вы?..

– Нормально, – словно старуха с беззубым ртом прошамкала я и совершенно никакая вывалилась из кабины.

Такого удара в спину я от судьбы никак не ожидала. Катастрофа и полная безнадега!

Все опять рухнуло, едва начав строиться.

Я считала секунды до окончания этого несчастного рейса!

В конце концов, нескончаемое время прошло, мы приземлились без происшествий, посадка прошла идеально, Глебов был как всегда спокоен и точен, только Началова была не в духе, но я настолько вымоталась, что даже почерневшее зловещее лицо Ритки теперь мне казалось ликом немного подуставшего доброго ангела.

После уборки салона я хотела только одного – встать под душ, а потом завалиться спать, или нет, лучше лечь в ванну с горячей водой и уснуть.

Сил на то, чтобы принять душ, просто не оставалось.

Когда я в совершенно разобранном виде доползла до двери своего номера в отеле, то вдруг неожиданно столкнулась с Лосевым.

– Как ты себя чувствуешь, Лена?

– Никак! Если успею снять туфли, прежде чем заснуть, значит, вечер удался. Извини, даже на чашку чая или кофе нет никаких сил.

– Люди всего лишь просто разные, однако они смотрят друг на друга и считают друг друга ненормальными, посмеиваются друг над другом или опасаются друг друга, а бывает кое-что и похуже!

Меня как будто электротоком долбануло по затылку.

– Чего-чего? Женька!.. Я не поняла. Переведи!.. Ты смертельно вымотался или, может быть, что-то выкурил?

Он грустно покачал головой.

– Началова не простила мне мое поведение.

Я напрягла все свои натруженные извилины, чтобы сосредоточиться. Какое-такое поведение? Через минуту до меня, наконец, дошло.