Стрелец государева полка: Посланец воеводы

Внешность у большинства совсем не татарская, а больше европейская, но выражение лиц, уродливые шрамы, резаные ноздри, рубленые уши, выдавали в них людей далеких от добродетели. Доспехов и панцирей практически ни у кого не было. Шелковые халаты, цветастые рубахи и шаровары, польские кунтуши, венгерские бархатные кафтаны, на головах чалмы, малахаи, меховые шляхетские шапки – от которых рябило в глазах.

Рядом с Али сидел на высоком жеребце громадный воин с лицом, солидно испорченным оспой. Из-под разорванного на груди халата, была видна мощная грудь, с многочисленными шрамами от сабельных ударов.

– Не смотри так на этот обоз, Рахман, – строго произнес Али по-татарски. – Эти люди дальше поедут под нашей охраной.

– Но у них есть кое-что в возах и карманах. Мы все можем взять себе, господин.

– С каких пор ты стал отдавать приказы, Рахман? До сих пор это всегда делал я.

– Я только спросил, мой господин. Будет, так как ты скажешь! Но перед нами неверные и идет война. А разве на войне не работает право сильного? Ты сам столько раз говорил нам это, когда мы нападали на татарские чамбулы и отбирали у них ясыр.

– Право сильного есть всегда и везде. Но только не сейчас. И знаешь почему?

– Нет, господин. Может быть, ты скажешь мне? – воин посмотрел на мурзу.

– Скажу. Кроме права сильного есть еще и закон повиновения. И если бы не этот закон, ты Рахман, уже много раз бы был мертв, и птицы склевали бы твою дурную голову. Эта голова, совсем не дорого стоит.

В ней мало мозгов! Предупреди всех наших людей, что, если хоть волос упадет с головы одного из этих поляков, им не поздоровится. Понял?

–Да, господин.

Сразу было видно, что Али здесь боятся, и он приказов дважды не повторяет. Сотня конных воинов помимо большого обоза гнала в Крым более 300 пленников, захваченных на просторах Украины. Кайсаки также иногда не брезговали работорговлей, хотя они были совсем не такими, как настоящие татары.

Для тех брать ясыр – значит жить и кормить своих жен.

Если татарин не станет воевать – то, что же он будет делать? Война дает рабов. А рабы приносят деньги, на которые покупают шелка, украшения, благовония, оружие.

Кайсаки же в основном не брали ясыр, но рубили всех, подчистую не жалея ни женщин, ни стариков, ни детей. Они насиловали и жгли, пытали свои жертвы. Многих удивляла эта тупая и бессмысленная жестокость. После себя они оставляли поруганные трупы и сожженные дома.