Стрелец государева полка: Посланец воеводы

Он натянул поводья, и его араб замер на месте как вкопанный. Поворот! И снова в схватку!

Фёдор взмахнул саблей, но в этот момент его горло сдавила петля! Он вылетел из седла и грохнулся на землю…

2

Плен.

Очнулся Федор уже со связанными за спиной руками. Прямо над ним стояли два татарина. Они подняли его на ноги.

– Якши батыр[5 - *Якши батыр – хороший богатырь.]! – проговорил один. – Якши ясыр!

– Якши, Якши! – цокнул языком второй. – А рубился как? Воин. Такого в Египте продать, не меньше как тысячу золотых просить можно.

– Если в Египет в мамлюкский отряд продать, то и все полторы тысячи такой батыр будет стоить! Я знаю.

Федор дернулся, но татары стеганули его нагайкой по голове. Он снова упал.

– Не сопротивляйся, урус, – проговорил, широкоплечий коренастый татарин. – Ты карашо бился. Но ты стал мой ясыр, и я не хочу тебя убивать! Моя звать Али! Я тепер твоя казяин!

– Ты? – у Мятелева уже готовы были сорваться с губ оскорбления, но татарин зажал его рот рукой.

– Зачем говорить плохая слова, батыр? – спокойно спросил он. – Ты воин, и я воин. Воин сражаться, но не обзывать друг друг. Ты карашо бился. Что еще? Не заставляй меня убивать.

Федор понял, что татарский воин прав. Умирать вот так не было никакого смысла. Еще был шанс спастись…

***

Федора и Василия Ржева привязали веревками к коням, и они побежали вслед за конными татарами. Те хотели сберечь крепких мужчин, что теперь шли на рабских рынках за весьма хорошую цену.

Турецкому султану были нужны гребцы на галеры. Да и упоминание о Египте было не пустой болтовней. Египетские султаны формировали свою гвардию мамлюков из рабов, и платили за настоящих воинов весьма щедро.

– Пропали мы с тобой, сын боярский!

– Я удачливый человек, дворянин, не бойся – освободимся. Нам нужно еще предупредить Стрешнева. Не забыл?

– Забудешь тут. Как же это сделать только?

К ним подскочил конный татарин, и его нагайка больно резанула Федора по спине.

– Молчать, собаки! – заорал он по-татарски. – У вас есть силы разевать свои поганые рты? Так я заставлю вас бежать быстрее!

Федор застонал от обиды, но возражать татарину не стал. Он отомстит после, когда в его руке снова будет сабля.

Мятелев не знал, как им освободиться. Но он продолжал верить в свою счастливую звезду. Что-то должно было произойти. Федор не мог допустить и мысли, что его как сотни других людей могут вот так продать в рабство.