Знак вурдалака

Попав на Москву, пристрастился молодой слуга в трактире бывать «У Большого моста», где воровские людишки гуляли да подвигами своими похвалялись. Вот там и набрался молодой слуга мудрости житейской и сам решил к гулящим людям пристать.

Знал Ванька, что барин его не беден, ибо при войсковой кассе состоит и ворует оттуда безбожно. И решил он взять то, что барином украдено. Взял золото да сбежал.

Но майор был ушлый и Ваньку через два дня поймали. Был он доставлен в допросную, и собирались его бить батогами нещадно и барину выдать головой.

– Я государево дело скажу! – заорал тогда Ванька. – Государево дело знаю!

И те слова пойманного холопа услыхал обер-фискал господин Нестеров.

– Стоп! – сказал он. – Подать сюда того холопа!

И Ваньку перед очи Нестерова поставили.

– Говоришь, что государево дело ведаешь? Так?

– Так, ваше благородие! – ответил Ванька.

– Коли солжешь, быть тебе на плахе! Мое слово крепкое!

– Не лгу, ваше благородие! Знаю государево дело! На майора Заславского знаю! И показать могу!

И выдал Ванька своего барина и про все его дела рассказал.

Майора за караул взяли и в допросную направили. А Ванька вольную получил и вышел с награждением в пять рублёв серебром. Так он и получил прозвище Каин…

3

Трактир «У Большого моста».

В трактире было тепло, пахло щами, мочеными яблоками да грибами сушеными.

Статный парень в красной рубахе перепоясанной кушаком сидел за столом с десятком собутыльников и пил хлебное вино[12 - хлебное вино – водка], заедая его пирогами и да блинами с икрой.

То и был знаменитый Ванька по прозвищу Каин.

Михайло Голубев бывший солдат, ныне дезертир и вор, хватался, что де нет силы которая его хитрость преломит.

– А все отчего сие? – говорил Голубев. – Талисман заветный имею! И от того везет!

– Брешешь! – выкрикнул один из собутыльников.

– Брешу? – вскричал бывший солдат. – Дак нет же! Я сбег из полка и никто не поймал меня! То раз!

Солдат стал загибать пальцы.

– Затем, когда всех наших в трактире взяли, кто спасся? Я токмо один! То два! И послух[13 - Послух – доносчик] на меня не показал на допросе! Во как! То три!

Каин токмо ухмылялся похвальбе солдата.

Ему ещё ничего не пришлось пережить, а он дурак накликает беду на свою голову. Сам Ванька многое испытал. Били его плетьми год назад и потом на раны порох сыпали и жгли.

Того Каин вовек не забудет. Той пытки никто не выдержит.

– Да погодите вы! – прекратил спор бывший каретник Кузьма.