Я тебя породил…

ГЛАВА 3

Там, куда попала Яна, посреди комнаты стоял длинный овальный деревянный стол, за которым сидели несколько мужчин и что-то строчили в своих наполовину исписанных блокнотах. Из угла в угол вокруг них ходил Незнамов и, размахивая руками, давал каждому в отдельности какие-то указания.

Увидев Милославскую, он застыл в той позе, в которой находился до этого и удивленно протянул:

– Вы-ы? Зачем вы пришли?

– Я? – парировала гадалка. – Я хочу призвать вас к откровенности.

Незнамов произнес что-то нечленораздельное, затем обвел взглядом своих подчиненных и, сделав отрывистый жест рукой, велел им всем убираться.

Секретарша стояла в дверях и виновато смотрела на шефа. Он зыркнул на нее так, что она в ту же секунду испарилась.

Скрипя отодвигающимися стульями, мужчины как-то разом поднялись из-за стола и торопливо стали укладывать в папки, барсетки и прочее то, что лежало перед ними: ручки, блокноты, телефоны и так далее.

Яна стояла на своем прежнем месте и в ожидании смотрела на Незнамова.

Он сунул одну руку в карман, второй налил себе в стакан минералки из ополовиненной бутылки, отхлебнул немного, а потом, облизав губы и поджав их, кивнул Милославской и спросил:

– Ну что там у вас?

– Призываю вас к откровенности, – уже не так решительно повторила Милославская.

– К какой? – подняв брови спросил Незнамов и вновь сделал глоток.

Затем он зачем-то стал рассматривать свой стакан, поворачивая его к себе то одной, то другой гранью. Казалось, он увлеченно наблюдал за игрой поднимающихся вверх пузырьков воздуха.

– Вы вчера были слишком немногословны, – отодвинув один из стульев и усевшись на него без приглашения, сказала Яна.

Дмитрий Германович выжидающе молчал, и этим молчанием слишком явно требовал от гадалки более детального объяснения ее столь внезапного визита. Понимая это, Милославская вздохнула и поведала своему клиенту все то, что «выудила» из видения. В частности она заявила, что если Незнамов хочет найти свою дочь и разобраться во всех нюансах исчезновения девушки, то ему стоит присмотреться к проблемам на Нефтебазе, которые наверняка есть.

По мере того, как Яна Борисовна говорила, глаза Дмитрия Германовича все более расширялись. Когда же она закончила, он звучно поставил стакан на стол, поджал губы, уперся указательным пальцем в подбородок и неопределенно промычал:

– Му-гу….

Что это означало, одному богу было известно, но судя по выражению лица Незнамова, Яна предположила, что он доволен ее работой.