За чертой подземных врат

Наклонив голову, Макс попытался понять, в чём дело, но дорожники в считаные мгновенья выставили металлические щиты с надписью «ОП», закрыв обзор перекрёстка.

– Надолго? – обратился он к полицейскому, защищавшему щиты.

– Пятнадцать минут.

– Что случилось?

– Ожидайте на месте! Соблюдайте положение! – офицер посмотрел на него угрожающе, положив руку на металлизированную кобуру.

Макс знал: аббревиатура ОП, означавшая «особое положение», не предвещала ничего хорошего для того, кто приблизится к щитам более чем на десять метров.

В лучшем случае тело смогут опознать. Но если кордон применит третий уровень защиты, то от приблизившегося останутся головешки, пригодные разве что для удобрения грядок с цветами.

Выключив зажигание и поставив байк на подножки, Макс откинулся на сиденье, закинув руки за голову. Он думал о Марике, о возвращении на службу, о предстоящих тестах, о командире подразделения, пославшем всё к чертям собачьим и уволившемся после событий в Африке. И да, чёрт побери, он думал о Вере.

Как не хотел пускать в голову мысли о ней, они снова и снова прорастали сквозь плиты внутренних установок.

– Макс! – прозвучал весёлый и до боли знакомый голос.

Из всех голосов в мире Макс меньше всего ожидал и хотел слышать сейчас его.

Повернув голову, Макс увидел «Роллс-Ройс», сияющий ослепительным чёрным лаком. Автомобиль в одно мгновение приковал взгляды окружающих. Даже офицеры кордона, на секунду потеряв бдительность, уставились на короля бензиновых авто столицы.

– Привет, Роберт! – Макс повернулся к улыбающейся физиономии, выглядывающей из пассажирского окна.

– Ты счастливчик. Я думал, не выкарабкаешься, – Роберт на полкорпуса вылез в окно.

– Современная медицина творит чудеса.

– Ты действительно был мёртв? Слышал, тебя три часа держали в рециркуляционной камере, пока везли до базы.

– Было дело.

– А шрам на груди убрали?

Макс почувствовал жжение в правой грудной мышце и непроизвольно прислонил руку к груди.

– Шрам оставил на память. А ты неплохо осведомлён, доступ к такой информации имеют лица с седьмым уровнем и выше.

– Ты забыл, где я работаю? Допуск получил в июле. Чёрт, потрепало же тебя. А как… – Роберт собрался выяснить подробности операции в Конго, но Макс прервал его, желая уйти от темы:

– Как твои дела, Роберт?

– Министерство на ушах стоит. Прилетел председатель восточного блока. Кстати, это по его вине мы стоим, – Роберт показал на выставленные щиты. – Его кортеж сейчас проезжает.