Зов Ланелы

Хотите отобрать последний шестак, прибережённый для скудного ужина?

– Наперво проверим, какие вы фигляры: может, только прикидываетесь ими? Купцов хитромордых немеряно развелось, все норовят какими-нибудь хитростями мимо прошмыгнуть! Да и тот же шестак нам лишним не будет!

– Понятно: на охраняемые караваны нападать страшно.

По реакции Авера я понял, что попал не в бровь, а в глаз.

– Молчать, дерьмо придорожное! А ну, падай на землю! Носом в грязь! Живо! – заорал он.

– Не, не буду. Не люблю лежать в грязи.

– А придётся! – криво усмехнулся атаман и выстрелил. Пуля взметнула фонтанчик грязи у моих ног. – Следующий выстрел – в твою тупую башку!

– Сдаётся мне, – я изобразил на лице задумчивость, – что тебя немного недоучили, а потому рекомендую прослушать небольшую лекцию по устройству и эксплуатации пистолета-пулемёта, именуемого в данной местности скорострелом. Так вот, сбоку на нём есть рычажок, который переключает данное оружие либо на стрельбу очередями, либо на одиночные выстрелы.

Если знать это, совсем не обязательно отсоединять магазин, экономя патроны.

– Впрочем, тебе эти знания больше не пригодятся, – я уже откровенно издевался, – потому что эту игрушку я у тебя заберу.

Авер скрипнул зубами от злости и полез рукой под плащ – за магазином.

– Он меня утомил, – обратился он к своим соратникам. – Убейте его!

Авера я нокаутировал простым, но действенным хуком справа, остальных как следует обработал древком вырванной из рук опешившего разбойника алебарды.

Произошло это настолько быстро, что остальные четверо, уже приступившие было к «таможенному досмотру» последнего фургона, не успели ничего заметить. Пришлось громким свистом в два пальца привлечь их внимание. Те обернулись на свист и, увидев своих товарищей недвижимо лежащими в дорожной грязи, на несколько секунд оторопели, но потом, размахивая оружием, запоздало бросились на выручку. Один из них, уже подбегая, почти в упор выстрелил в меня из арбалета.

– А вот этого делать не стоило! – произнёс я, отбивая лезвием алебарды арбалетный болт и сразу же вслед за этим, не прерывая движения оружия, припечатывая правую скулу стрелявшего концом древка. Удар получился мощным до жестокости: разбойника перевернуло в воздухе и выбросило на обочину, где он и остался лежать, не подавая признаков жизни. Оставшиеся трое в нерешительности остановились.

На меня нацелились два меча.