Со многими неизвестными. Повести и рассказы

И навряд ли его подопечные добьются на этих соревнованиях каких-либо успехов: школа не та! Не та школа!..»

«Эх, была, не была, – решил я. – Махну-ка без предупреждения к мастеру. Чего тянуть? Пусть уж и с ним прояснится сегодня».

И вскоре уже оказался в уютной двухкомнатной квартире Хлебниковых. Хозяин – подвижный, хотя и немолодой, – встретил меня без какой-либо тревоги и смущения. Радушно проводил в большую комнату и наказал жене – симпатичной улыбчивой блондинке – «быстренько сообразить что-нибудь на стол».

Вскоре перед нами вился из красивых чашек душистый парок крепко заваренного чая, и беседа сама собой становилась всё более непринуждённой и доверительной.

– Да, золотые у Игоря руки! Цены им нет! – горячо воскликнул Хлебников. Он даже отодвинул недопитую чашку. – Бывало, что ни поручишь: штамп, какой сделать или приспособление… ещё и чертежей нет порой, одна задумка – в момент справится. Посидит, покумекает, что-то прикинет, что-то примерит… Глядишь – готово уже!

– Значит, неплохой был парень.

Как же тогда всё так с ним получилось? – спросил я.

Хлебников вздохнул, расстегнул на волосатой груди рубашку, откинулся на спинку стула.

– Что уж скрывать – упустили мы его. Парень работал что надо. А коль с заданием справлялся, не подводил, а порой и выручал коллектив, то особой тревоги за него не испытывали.

Хлебников налил нам ещё по чашке чая и продолжал вспоминать.

– Как-то раз, правда, пришёл он на смену, словно после крепкого подпития. Глаза красные, веки опухли, голос сиплый.

«Что это ты себе позволяешь!» – сказал ему. А он в ответ: «Извини, Пал Палыч. Так уж случилось». Ну, я и отстал. А зря. Надо было допытаться, что да к чему. Глядишь, и уберёг бы парня.

– Только раз так было? – поинтересовался я.

Хлебников неторопливо прихлебнул из чашки.

– Так – только раз. Хотя ребята сказывали – по ресторанам он хаживал.

– Говорят, был чемпионом города по боксу?

– Да, славу имел. Но она ведь не только радость. Иных и отравить может.

Не каждый перед ней устоит, особенно когда ему ещё восемнадцать… А вы, собственно, почему интересуетесь Игорем? Он что-нибудь опять выкинул?

– Нет-нет, – поспешил я успокоить мастера. – Просто кое-что осталось невыясненным в его деле. Вот и хотелось бы поговорить об этом. Он ведь не один был в тот злополучный вечер. А вот назвать соучастника – не захотел. Как считаете – почему?

Хлебников отставил в сторону чашку.

– Всяко может быть… – ответил задумчиво.