Когда любовь соперница у смерти

Вот когда все успокоится, тогда он и уберется отсюда. Во всяком случае, так думал я, и, пожалуй, небезосновательно.

Приложив ухо к двери, я услышал скрип половицы. Похоже, хозяин квартиры подкрадывался к выходу с другой стороны от меня. Тогда я снова нажал на кнопку звонка и, не дождавшись требующейся реакции, шумно спустился на первый этаж, но тут же повернул назад и беззвучно поднялся на второй.

Дверь приоткрылась как раз в тот момент, когда я вплотную приблизился к ней. Если парень решил разведать обстановку, то я заставил его пожалеть о допущенной глупости.

Просунув руку в дверную щель, в клещи, образованные большим и остальными четырьмя пальцами руки, я поймал крепкий мужской кадык. С продавливающей мощью продолжил движение вперед и прижал к стене высокого, довольно-таки крепкого на вид парня.

– Уголовный розыск, капитан Петрович!

– Вы… Вы не имеете права! – возмущенно прохрипел парень.

У него была мощная шея и могучие плечи, но он даже не пытался сопротивляться.

Именно поэтому я и ослабил хватку.

– Ну как же не имею! Ты – вор, ты проник в чужую квартиру! – нахраписто наседал я.

– Это моя квартира!

– Ах, вот как!.. Тогда извини!

Не спуская с парня глаз, я отступил на шаг назад.

– Я буду жаловаться!

Он не был похож на классического жалобщика. Голова крупная, вытянутая сверху-вниз, такой же направленности был у него и взгляд черных глаз. Даже сейчас, зажатый в угол, он смотрел на меня свысока.

Нос широкий и длинный, как у человека, привыкшего идти напролом таранной галерой. Большой рот, массивная нижняя челюсть: первое удобно для захвата и удержания добычи, второе – для ее перемалывания. Руки сильные, как у палача, привыкшего к топору и плахе.

– Это мы уже проходили… – снисходительно хмыкнул я. – Ты Костя?

– Ну да, а что?

– То, что поговорить надо.

Я показал ему, чтобы он следовал в комнату с открытой двухстворчатой дверью: судя по всему, в гостиную, где удобно было вести допрос.

Парень пожал плечами, но возражать не стал.

Я прошел за ним в комнату и слегка оторопел, увидев Арину. Она сидела в кресле, уныло сложив руки на сведенных вместе коленках, и смотрела себе под ноги.

– Та-ак! Это уже интересно!

Я кивком головы показал парню, чтобы он сел на заправленный диван, но сам остался в дверях, чтобы оттуда контролировать обстановку. Мало ли что придет на ум этому дуэту.