Седовая падь

Кстати, червей бы лучше накопал, куда без них.

Лебедь пообещал взять мордушку и поставить ее на ночь на озерах. Он тут же унесся куда-то вдоль улицы. Друзья ненароком даже подумали: «Отстал и не вернется…».

Спустя короткое время, когда ребята уж было вышли за село, он догнал их, проворно таща на плече плетеную легкую мордушку и полбуханки ржаного хлеба. Лопатка была, при этом, умело заткнута за пояс. Без нее, по-видимому – никуда.

С излюбленным выражением: «Дай хлеба пожевать», – тут же обратился Пончик.

Лебедь вытянул шею.

– Это для рыб – прикорм, потерпишь!

Пончик изумился.

– Во, Вовка, ты видел. Еще с нами набивается, а куска хлеба жалко. Лучше бы ты дома остался, а то только аппетит раздразнил, – он просто негодовал.

Лебедь беззаботно срикошетил.

– Вон собака, и та не просит, – кивком, указав на бежавшего рядом Пирата, сказал Лебедь, – а тебе все дай, да дай…

– Ладно вам, – вступил Вовка, ускоряя шаг, – пошли быстрее, времени мало. Я тоже кое-что поесть прихватил, а для прикорма, вон скорлупы от яиц хватит.

Давай ломай на четверых; хлеб сами съедим. Лебедь кивнул, соглашаясь. Вовку он должно больше уважал за рассудительность. В раннем детстве Лебедь был самым лучшим Вовкиным другом. Природный талант игры на гармошке, который Лебедю абсолютно никто не прививал, привлек к нему многих страстных поклонников. Слушать, как играет гармонь- было Вовкиной слабостью. Не раз, прогуливаясь вдвоем, они шагали по сельской улице, наигрывая развеселые, любимые всеми мелодии. Даже на свадьбе приходилось играть. Вот и старался Лебедь на радость, дивившихся его раннему таланту сельчан. Случалось, гуляет вроде народ, а вот без гармониста – скука… А тут Лебедь в ворота входит, меха двухрядки растягивает, да поет:

«Ой, красно Солнышко вставало,

Красных девок созывало…»

И тут же, девка какая-нибудь, задорная вступает:

«Ой, зорька моя,

Зорька ясная…»

И перелив гармони, идущий следом, просто поднимал всех на ноги, звал в хоровод, веселя парней и девчат.

К концу дня, когда захмелевших и уставших гостей уже трудно было отвлечь от застольных бесед да споров, довольные друзья, наевшись вкусных пирогов и сладостей, обнявшись, покидали праздник.

Позже, немного повзрослев, ребята отошли друг от друга. У каждого появились свои интересы, свой круг знакомых и друзей. Их теперешние отношения можно было бы назвать просто, товарищескими.