Хранители Старого Солнца

 – Расскажи-ка лучше, что необычного происходило здесь на днях.

Женщина вздохнула и с недоверием посмотрела в глаза Оссимура.

– Необычное было… Вовек не видели здесь подобного тому, что произошло два дня назад. Приезжали тут двое. Колдуны…

– Они ещё здесь?

– Нет. Исчезли.

– Уехали?

– Я сказала как есть. Исчезли!

– Исчезли? Испарились в воздухе что ли?

– Именно так, испарились. Надеюсь, не возвратятся больше.

– Да что произошло-то? – не стерпел Оссимур.

– Не могу я описать эти события, господин… купец, – покачала головой хозяйка. – Никто из очевидцев не может. Потому что не способны люди объяснять суть колдовскую. Те двое вроде только за стол сели, а тут раз! – и вновь в дверь заходят. Я то на тех смотрю, что первыми зашли, то на других! Одинаковые! Тогда у меня волосы на голове зашевелились. Потом мелькало всё, исчезало, появлялось…

– А потом… они… исщ… исч… ищесли.., – прозвучал пьяный голос у самого уха главаря разбойников.

Он повернул голову и увидел мужика в изодранной, грязной рубахе. Оссимур отвернулся и сказал:

– Отойди-ка подальше, несёт от тебя…

– А ну… паф… пафтари! – с вызовом переспросил мужик, кладя руку на плечо Оссимура.

Разбойник быстрым движением выхватил кинжал и приставил его остриём к горлу пьяницы.

– пошёл прочь, гоблин! – раздражённо проговорил Оссимур.

Трактирный зал вмиг всполошился. Кто-то ругался на неизвестном языке.

Некоторые повскакивали с мест. Кое-кто из вскочивших, самые пьяные, теряя равновесие, попадали под столы. Гномы схватились за топоры. Всё это происходило под смех и ликование остальных Волков Тракта. Больше всех кричал Ардан.

– Прикончи его, Оссимур!

Но главарь убрал кинжал, а пьяный мужик, вмиг протрезвевший, осторожно попятился на своё место.

– Эй, крови мне здесь не надо! – гневно промолвила хозяйка. – «Захолустье» – мирное место.

Сказав так, она ушла. Оссимур убрал клинок и отпил из кружки. Все, кто был в состоянии вернуться на свои места, сделали это. Гномы убрали топоры и с неразборчивым ворчанием покинули зал.

Глава Волков Тракта долго ещё стоял у стойки, погрузившись в раздумья. Когда он сел к остальным, Ардан был уже пьян и громко хохотал, рассказывая какую-то околёсицу, Кабан, надув щеки, мирно похрапывал прямо на стуле, опустив голову на грудь.