И все мои женщины. Любовный роман

И не пропустить симпатичную женщину, при непременном обоюдном согласии, которое достигалось вполне успешно. А жена, естественно, возражала, из-за чего периодически возникали проблемы, иногда переходящие в малые семейные учения. Но он обладал невероятной способностью сглаживать любые ситуации, в последнее время угомонился, и в семье всё наладилось.

Вскоре мы догнали основной контингент, всё перемешалось, и я расстался со своими попутчиками, включился в общие дела. А план был прост и заранее известен – сначала слегка выпить и закусить, подготовить стол, потом – пошляться по лесу, потом – выпить уже основательно, и действовать по заранее намеченной программе.

Каждый – по своей, индивидуальной, или ранее согласованной с заинтересованной стороной. Спонтанно или давно образовавшиеся парочки то и дело покидали общий стол, развёрнутый под тентом.

И костёр не затухал, благо чурок и пеньков хватало, и валежника было в избытке.

Выпили, я лишь символически приложился к стакану, а потом наполнил его минералкой, – к непьющим относятся подозрительно.

Поговорил с Петровичем, так и не собравшимся на пенсию – кто ж работать будет? С народом только перебрасывался словами – у каждого были свои планы на сегодняшний пикник.

Выполнил заданный мне урок – насадить шашлык на шампуры, и пошёл прогуляться.

Бабье лето, чистый лес. Этим всё сказано. Сухой мох хрустит под ногами, подосиновики-переростки, беленькие, где вы, ау! Я пробрался на заветное место по узенькой, почти незаметной тропинке. Оно есть у каждого, только многие об этом не догадываются.

И вдруг нахлынут грустные воспоминания, от которых невозможно избавиться.

Я сел на вросший в землю камень, часть которого уходила под воду, задумался. Как же хорошо было тогда, и что же я сделал не так? И поправить уже нельзя. Или?

Всё также свисали над водой бессмертные ивы, с краю поляны – костёр и брошенный мангал, укрытый полиэтиленом мешок углей, в вырытой, но не засыпанной ямке – отходы давешнего пикника.

Я нагнулся, чтобы присыпать её землей, и тут увидел семейку белых.

Вот это удача! Я не был азартен, не стал прочёсывать лес, лишь немного походил вокруг поляны и кинул десяток крепышей в корзинку, а потом вернулся за стол. Как раз к началу второго действия. Поставил корзинку в тень и прикрыл папоротником.

***

Особенностью нашего выезда, и, вообще, последних лет, стало то, что никто никого не принуждал пить, и не останавливал. И это хорошо, создавало некую иллюзию свободы выбора.