Элирм

Чисто визуально я не заметил каких-либо существенных изменений. Руки, ноги, голова – всё на месте. Разве что значительно уменьшилась жировая прослойка, очертив под собой контур мышечного каркаса. Мелочь, конечно, но приятная. Я давно предполагал, что за нежным пузом офисного работника скрываются кубики пресса. И теперь смог воочию в этом убедиться. Они действительно были. Правда не совсем понятно, является ли это заслугой Системы или же я просто-напросто чертовски похудел пока лежал тут без еды и воды. Кстати, голода не было.

И даже пить не хотелось. Чудовищный сушняк прошел, а разбитое колено не выдавало и намека на болевые ощущения. Интересно.

Продолжив осмотр, я обнаружил еще парочку странностей: на правом запястье была татуировка в виде римской цифры «I», а на каждой руке, начиная от локтевого сустава и заканчивая подушечками пальцев, подобно стрингерам молнии тянулись серебристые линии. Они тускло светились и пульсировали под кожей, как будто бы в вены залили жидкий металл. Любой другой на моем месте, возможно, и ужаснулся бы от подобной картины, но не я.

Меня это не пугало. Скорее наоборот, завораживало. Я рассматривал свои руки, подмечая, как серебристое свечение постепенно сменяет свой оттенок на небесно-голубой, и готов был поспорить, что цветовая палитра меняется зависимости от настроения. И если это подарок Системы, то не стоит его бояться. Разумеется, еще никогда в своей жизни я не испытывал подобной боли, но, как бы то ни было, она меня спасла. Сохранила жизнь, хотя спокойно могла бросить тут задыхаться. Вопрос состоял лишь в том, стала бы Система мне помогать, не прояви я волю к жизни и не выберись из камеры самостоятельно? Шестое чувство подсказывало, что нет. Не стала бы.

Насмотревшись на руки, я перевел взгляд на ладони и уцепился за очередную новинку. На каждой подушечке пальца в месте, где закручивалась спираль отпечатка, теперь сияли символы. Причем у каждого пальца рисунок был свой: крест, круг, квадрат, треугольник и знак бесконечности. «Лемниската» – откуда-то всплыло в голове название.

Около минуты я морщил лоб, пытаясь понять, что это за геометрические обозначения и для чего они нужны, пока не вспомнил о выскакивающих оповещениях и не активировал NS-Eye.

С секундной задержкой имплант заработал, и я ахнул. Да уж. Интерфейс претерпел кардинальные изменения. Из привычных мне приложений остались лишь камера, часы и дневник. Всего остального больше не было. Ни выхода в интернет, ни соцсетей, ни папок с воспоминаниями.