Алый феникс

Я только усмехался в ответ. У меня похожие эмоции были, когда она уговорила меня прокатиться на заднем сиденье своего байка. Вот пусть теперь почувствует себя на моем месте! Это даже щадящий режим – я-то не несусь по ночной Москве со скоростью сто пятьдесят километров в час, вихляя с полосы на полосу в считанных сантиметрах от проносящихся мимо машин.

Каркаданн, кажется, летел над барханами, едва касаясь копытами земли. Не позавидовал бы я тем, кто сейчас вздумал бы за нами гнаться. Позади нас вздымался длинный шлейф песка и пыли, и иногда казалось, что мы скачем так быстро только затем, чтобы обогнать его.

Будто перепуганная кошка, удирающая от собственного хвоста.

Мышцы могучего животного вздымались и опадали под нами, словно поршни двигателя. Да и сам единорог был неутомим, как машина. Пер он напролом, пересекая наискосок дюны, сходу перепрыгивая через присыпанные песком валуны. Когда мы вылетали на участки, покрытые растрескавшейся пересохшей землей – такыром, копыта его гремели по затвердевшему грунту, как по бетону.

Однажды мы налетели на стаю скорпидов, копошащуюся вокруг двух свежих трупов каких-то крупных животных, похожих на верблюдов. Каркаданн даже не подумал сворачивать, а пронесся прямо сквозь толпу, растолкав падальщиков мощной грудью, а одного из зазевавшихся подбросив в воздух одним движением рога.

Пожалуй, даже не совсем правильно говорить, что я управляю этим страшным зверем. Я просто задал ему направление, а уж с какой скоростью скакать – решает он сам.

Похоже, застоялся он во владениях Деваны, вот и отводит душу в этой бешеной скачке. Моя же роль сводится к тому, чтобы не свалиться с его спины.

Но зато Маверика я, видимо, не обманул – такими темпами мы легко преодолеем полсотни километров за час, а то и меньше. Единственное, что меня немного беспокоит – это надвигающееся с севера-запада огромное облако пыли. Песчаная буря. Движется она как раз нам наперерез и либо пройдет через оазис чуть раньше, чем мы до него доберемся, либо накроет нас на подступах.

Я бы, конечно, предпочел первый вариант.

Скакать без седла и стремян было, мягко говоря, неудобно и утомительно. Спасали только густая мягкая шерсть единорога и его косматая, больше похожая на львиную, грива. Я вцепился в нее обеими руками, Эдж буквально повисла на мне сзади, обхватив руками. Одно хорошо – все закончилось раньше, чем у меня начали мелькать предательские мысли о том, что остаток пути лучше пройти пешком.