Анатомия смерти

Эти господа настроены серьёзно, – предостерёг Салтыков.

– Я тоже настроен серьёзно, – отозвался Курбатов.

Хлопнула дверь BMW. Через полминуты габаритные огни машины растворились в ночи.

Михаил Михайлович не спал. Не спал и Женёк. Они сидели за кухонным столом друг против друга. Хозяин подливал себе самогон из графинчика в рюмку и заедал финским сервелатом. Женёк щёлкал по клавишам ноутбука. В ноутбуке торчала металлическая флешка и ещё какое-то устройство, от которого тянулся шнур к розетке.

– Примешь – для согрева? – предложил хозяин Курбатову, глазами указывая на графин.

Курбатов колебался. Срываться в штопор теперь не время. Он пересилил себя.

– Нет, Михалыч, завтра нужна голова на плечах, а не колода. Как успехи? – Курбатов подставил стул и подсел к парню.

– Потихоньку движется, – отозвался Женёк.

Его относительно большой рост не соответствовал относительно небольшому весу. Из-за худобы, максимально приближенной к дистрофии, юношу не взяли служить в армию.

Служить парень не рвался, но приговор врачей удручал. Не годен. Как ни откармливали «ребёнка» бабушка и мать, еда не шла впрок.

– Когда будет готово?

– Трудно сказать. Файлы почти нечитаемы. Какие-то отдельные фрагменты. Сделаю всё, что могу. Я посижу, если дядя Миша не против. Дома народу полно. Негде.

С Женьком в избе проживали, помимо матери и бабушки, две родные тёти, пьющий муж одной из тёть и двоюродная сестра, девица на выданье. Каждый свободный угол в двух комнатах избы был занят либо людьми, либо кошками, которых насчитывалось от четырёх до десяти в зависимости от того, как быстро разбирали котят.

– Иди, приляг, – предложил хозяин Курбатову, – лица на тебе нет. От твоего сидения толку мало.

– Они сожгли женщину и мальчика живыми, – почти прошептал Курбатов.

– Врёшь! – осоловелое от хмеля лицо вмиг обрело осмысленность. – Когда?!

– Только что, у Якшино, на повороте к храму.

Женёк оторвался от компьютера и с сожалением смотрел на Курбатова.

В наступившей гнетущей тишине из комнаты слышно было сонное дыхание с посвистом Татьяны. Михаил Михайлович понурил голову.

– Жень, как закончишь, перекачай всё на две флешки, – попросил Курбатов парня.

Место для сна Курбатову отвели в узкой коморке без двери за печью. Скинув пальто, он, не раздеваясь, повалился на топчан, застеленный стёганым одеялом, и провалился в тяжёлый, без сновидений сон.

Проснулся Максим от шуршания в углу. Возились мыши.