Эпидемия сумасшествия

Равномерно тикали, отбивая свой заунывный бит. На телефоне тоже есть время. Но оно не такое. Не живое. Не часовое.

– Ага, замечательно. Я жду уже два часа. Конечно, знала, что отпускать парня к другу «на минутку» – не лучшая идея. Но… Никаких «но». Я просто чокнутая.

Выйдя из мира информации, Виктория хотела набрать номер Влада. Они были вместе вот уже больше года. В отношениях назревал первый кризис. Или нечто подобное.

Только парень не чувствовал грозных ветров, подогревая и без того жаркое положение.

– О, нет! Я не базарная хабалка. Отчитывать мужа, который мне ещё даже не муж. Не дождется! Пойду, прогуляюсь сама! Может быть, встречу кого-то из знакомых. Не пропадать же прекрасному выходному из-за одного ветреного идиота.

Безуспешно пытаясь не поддаваться стрессу, Виктория направилась в спальню, надеть что-то приличное.

Вскоре в своих новых джинсах и клетчатой рубашке, со слегка подкрашенными ресницами, она стояла на пороге квартиры.

Вика не спешила на выход.

Помыть их прямо сейчас. Надеть нелюбимые туфли. Изменишь обуви, изменишь и Родине. А мытье перед дорогой – плохая примета.

Надо скорее валить из каменной конуры. Иначе ничего хорошего не выйдет. Она кивнула головой незримому советчику.

Взяла со злостью «слегка помутненный» кроссовок. Дверь неожиданно раскрылась. На пороге оказался Влад, в своем синюшном спортивном костюме и серой бейсболке.

– О, ты уже собралась! Прямо вовремя. Надевай башмаки. Сгоняем в торговый центр или куда ты там говорила?

Виктория взглянула в лицо мужчины. Несмотря на радужную улыбку последнего, было не весело.

– Пил, – сухо заявила она. – Посреди бела дня. И опоздал на два с половиной часа.

– Ну, пива одну. Ты же знаешь, с Евгеном почти не видимся. Я всё исправлю и даже лучше.

– Лучше блин! Уже сделал лучше! Мне кажется, ты меня не понимаешь, и не пытаешься понять!

Она бросила кроссовок назад в тумбу.

Он был среднего роста. Довольно широкоплечий, но не так называемый «качок». Имел простые, даже глуповатые, черты лица.

Голова его была острижена полубоксом. Глаза, будто принадлежали другому телу. Они светились странной энергией, умом, сдержанной яркостью.

Наверное, только из-за них интеллигентная журналистка попалась в сети охранника. Хотя стоп.