Битва 9 королей. Сага Эртим

На удивление зевак королевский глашатай сообщил, что все заговорщики с семьями будут повешены, но семьи могут быть прощены, если бунтарь Арк сложит оружие. С высоты сторожевой башни послышался крик лучшего телохранителя королевства зла Арка, он был предан и за секунду сильный грохот раздался у подножья башни, тело воина лежало на улице полностью переломанное от сильного удара о камни, кровь текла с ушей мертв, доложили королю шуту стоящему рядом. Дверь, оббитая железом, со скрипом открылась, вереницей один за другим к королю выходили лучшие телохранители, сбрасывая на кучу пояса носившее грозное оружие.

За измену королю, разграбление королевской казны, убийство восьми лучших семейств королевства и верных стражей сокровищницы короля, лишить всего имущества, подвергнуть пыткам и умерщвлению всех заговорщиков дочитывал глашатай. К Шуассу подошел палач, что делать с семьями предателей, показывая пальцем на рыдающих женщин, и детей интересовался он. Король оглядел виселицы и громко ответил вешать, не зря плотники так усердно трудились, на эшафот потянулась вереница обреченных на смерть невинных душ злого короля острова. Это был первый насыщенный на события день нового безжалостного правителя, горбатого карлика шута, бросившего вызов судьбе. Ночью король зла Шуассу не мог заснуть, он вспоминал свою жизнь и думал, как удержатся на троне и сохранить жизнь. В коридоре он услышал крики, и удары мечей, Клеман, меня зовут Клеман, я пришел убить горбуна самозванца, рубя топором, дверь в покои бывшего шута кричали заговорщики. Шуассу звал на помощь, его крики заглушали топоры, которые с каждым ударом в дверь приближали его смерть. Нет, я буду жить, сегодня не умру. Дверь разбивалась, щепки летели в разные стороны, слышался звон железного зубила, нападавшие сбивали навесы у дверей, жить карлику оставалось несколько минут. Подойдя к окну, обреченно посмотрел вниз, волны океана омывали камни, мертвые медузы каждую секунду разбивались о них, прекращая освещать глубокую бездну холодного океана, смерть наступит мгновенно, вслух размышлял карлик. Стук топора то замолкал, то снова усиливался, карлик ближе подошел к дверям, и почти прислонился к ней, лезвие топора пробило дверь, насквозь остановившись возле его перепуганного и искаженного страхом лица. Конец прошептал, опускаясь на мягкую перину горбун, по его страшному лицу текли холодные слезы смерти.