Изумруд Люцифера

После того, как гости прибыли в замок, я решил проверить, не увязался ли за ними еще кто… Уж очень легко они прошли. Мы прочесали всю вершину и развалины барбакана…

– Крестьяне носят нам еду почти каждую ночь, и еще не было случая, чтобы за ними кто-то увязался! – сердито буркнул Рамон. – Проводники наши из Добрых Людей, поэтому не было смысла в такую темень шататься по горе!

– А кто провел басков к выступу на южном склоне?! – возразил Пьер-Роже. – Эту тропинку знали только наши, а теперь там стоит камнемет Дюрана, этого епископа из Альби, который в камнеметах разбирается куда лучше, чем в Писании…

– Его камни почти не долетают до замка, – отмахнулся Рамон, – а если какой и долетает, то просто падает у стены…

– Это так, – согласился Пьер-Роже и, вздохнув, присел на скамью, – но если им удастся пробиться к вершине и установить камнемет там… На выступе они убили Гильома Кларе, который первым заметил в мае войско карателей, и его брата Гиро.

Это были мои лучшие воины, они сражались не за деньги. Кто-то же провел басков к уступу? Ночью, тихо… Мы сидим в осаде восьмой месяц, и многим нашим сторонникам это надоело. Сейчас хорошее время для предательства…

– Успокойтесь, брат! – старик положил худую узкую ладонь на холодный стальной наплечник коменданта. – Я хотел бы услышать от вас не жалобы. Скажите, мы устоим до Пасхи?

– Пока я могу обещать, что устоим до Рождества. Потому что Рождество завтра.

Как вы знаете, в замке пять сотен человек, четверть из них – женщины, треть – старики, а мужчины могут носить камни и копья на стены, но не умеют их метать. Когда началась осада, у меня была сотня рыцарей и кнехтов, теперь нет и половины. Мы пережили два приступа… Из оставшихся воинов большая часть – наемники, те же баски и арагонцы. Мы хорошо им платим, но они католики…

– Большинство этого сброда не верят ни в Бога, ни в дьявола! – хмыкнул Рамон.

– Да. Но когда это станет выгодно, они вспомнят, что крещены как католики.

– Зато в войске у Юга дез Арси полно сочувствующих нам, – возразил Рамон. – Они пропускают сюда крестьян, и у нас есть еда.

– Сухие овощи и мука.

– Но это лучше, чем кожа сапог! И воды в наших цистернах хватает! – запальчиво возразил Рамон. – А в армии Юга болезни и ропот. Мы можем держаться еще очень долго!

Пьер-Роже ответил не сразу.