Плаха да колокола

Или ты горбатого лепишь с кондачка?

– В розыске волокита вредна, товарищ начальник.

– Чего?

– Дураков не люблю, – тихо буркнул Турин.

– Я в столицу собираюсь, о чём тебе хорошо известно, придётся обстановку докладывать? Этот случай очень меня беспокоит.

– Всё обойдётся, а вас с повышением, Ефим Петрович.

– Не известно ничего. В какую-нибудь тьмутаракань ушлют…

– У вас заслуги такие, что не посмеют.

– Я ему про Фому, а он про Ерёму! Происшествие с мальчишкой всех на уши поставит!

– Да им наверху до этого, что ли? Тем более, повторяю, официально установлено прокуратурой, что имел место несчастный случай.

– Мне бы бумагу.

– Я сейчас пошлю своих. Принесут.

– Познакомился с прокурором-то поближе? Как он тебе?

– Требовательный.

– А мне что-то не показался.

– Он на всех поначалу нагонял страх. А потом ничего.

– Да ты успел подружиться с ним?

– На убийство выезжали вместе, а там быстро человека познаёшь.

– Ну-ну. Значит, постановление добудешь?

– Считайте, у вас в кармане, Ефим Петрович.

– Так… – задумался Опущенников и кивнул на Ковригина, – что с этим делать? Его же наказывать надо, мальчишку-то сгубил?

– А гоните его к чёртовой матери! Что он тут вообще ошивается? – с беззаботным видом выпалил Турин. – Он за Странниковым значится, пусть тот и кумекает.

– Сам приказ подпишешь, – ухватился за последнюю фразу тот. – Я сегодня отбываю, исполнение обязанностей возлагаю на тебя, тебе и отписываться за всё.

– Понял! – вытянулся Турин. – Василия Петровича вы сами известите об отъезде или?..

– Уже согласовал.

– Тогда попозже я позвоню сам Странникову насчёт Ковригина?

– Ты бы лучше сбегал сейчас, Василий Евлампиевич, пока я здесь. Если что не так, найдёшь меня дома, поезд вечером отходит.

– Есть, товарищ начальник.

– Ну с Богом! – махнул рукой Опущенников куда-то в пол без интереса в лице.

Они скучно обнялись.

Не прошло и получаса, как Турин постучался в дверь приёмной секретаря губкома.

– Василий Петрович вас ждёт, проходите, – открыла ему дверь кабинета секретарша. Однако, шагнув внутрь, Турин оказался в пустом помещении.

– Отлучился. Бывает, – не смутилась секретарша. – Значит, кто-то вас опередил, но он велел ждать Может, хотите чаю?

Турин отказался, а секретарша быстро ушла, так как совсем близко ему почудились тихий женский голос и смех.