Честь и Слава

Дождик к тому времени совсем прекратился и, между плывущими по небу тучами, стало кое-где проглядывать синее небо. Пару раз даже робко показалось солнце. Снова повеселевший Людовик одобрительно хмыкнул:

– Ты глянь, – кивнул он Мелиорну на вползающую в селение усталую колонну ополченцев, – Кристоф их и впрямь, похоже, копьями перед собой гнал. То ли мы засиделись, то ли он наших горожан с наемниками всю дорогу бегом сюда гнал.

Обернувшийся Мелиорн сразу заметил среди расползающихся между десятком низеньких, прижатых к земле, избенок размахивающего руками Авдея, с ходу взявшего дело в свои руки:

– И чтобы поленница была выше, чем до нашего прихода! – донесся до него уверенный голос бывшего деревенского старосты.

 – И мужики, разберитесь вы со своими изголодавшимися орлами, а то они скоро друг друга на гуляш пустят, не дожидаясь пока повар котел раскочегарит. Передайте, через полчаса – час горячее будет.

– Ай, молодец! – похвалил ухватистого лихоборца запрыгнувший в седло Людовик. – Ну что, уважаемый фра, кажется, повезло мне с этим Авдеем.

Вон как ловко с ополченцами управляется. Я то так, на ходу, вас с ним старшими назначил. До Растыкино это только доползти. А вышло, что попал пальцем в небо. Не староста, а клад какой-то. Прямо-таки готовый командир ополченцев.

Тем временем большая часть повеселевших пехотинцев устроились под большим навесом прямо за последней избенкой. Обычно, здесь останавливались идущие в столицу торговые караваны, дожидались своей очереди на переправу через мелкую речушку сразу за деревней.

Людовик махнул рукой ждущим дружинникам, уже выстроившимся в походную колонну, а сам придержал коня, направив его туда.

– Авдей! – окликнул улыбающийся в усы тысячник увлеченного обустройством временного лагеря командира ополченцев.

Обернувшийся лихоборец по привычке потянулся к шапке на голове, но наткнувшись на стальной шишак, просто поклонился, придерживая его рукой:

– Ой, господин тысячник, даже и не слышал, как вы подъехали. Стал быть, добрались мы.

Как вы и приказывали.

– Вижу, Авдей, что добрались, – удовлетворенно кивнул Людовик, расслабленно опершись о переднюю луку седла. Мимо прошагали в сторону высокой поленницы подтянувшиеся ополченцы явно деревенского вида с закинутыми на плечи колунами и пилами. – Ну, поздравляю тебя, лихоборский староста.

– С чем это, господин тысячник? – опасливо переспросил кряжистый лихоборец.

– С повышением тебя, Авдей, – весело подмигнул в ответ довольный тысячник.