Истина где-то рядом

Во всяком случае, не об его репортаже.

Он снова попытался успокоить самого себя, внушая себе, что никто не может знать о том, что Макеев передал ему флэшку. Но тут же ему в голову пришла страшная мысль. А что если сам Макеев перед смертью назвал его имя? Профессор Берковец. Убийцам ничего не стоит выяснить, кто именно скрывается под этим ником, тем более что лицо Данилы постоянно пестрит в интернете. И тогда разыскать его будет пара пустяков.

От спецслужб, так же как и от мафии, невозможно спрятаться.

Нигде.

IX

В тексте упоминается запрещенная на территории российского государства группировка ИГИЛ.

Итак, дорогой «профессор», что ты теперь собираешься делать? Куда бежать, в какой норе зарыться? В Австралию, в Аргентину? Не смеши меня, ты даже не знаешь, спецслужбы какой именно страны тебя преследуют. И вообще, где гарантия, что это именно спецслужбы? Может, религиозные фанатики? ИГИЛ? Что ты вообще о них знаешь?

Данила не знал ничего. Так же, как не знал, что записано на флэшке.

Единственное, в чем он не сомневался, так это в том, что Олег Макеев или тот, кто скрывался под этим именем, вручил ему черную метку.

Может, и вправду отдать ее российским спецслужбам? Ага, только ты сперва до них доберись. Ты застрял на неизвестно сколько времени в Сирии. Но, думаю, этого времени будет достаточно для того, чтобы убийцы тебя нашли.

Можно, конечно, броситься в российское посольство или, на худой конец, на российскую военную базу. Это все-таки ближе.

Но не было гарантии, что Данила доберется и туда. И вообще, какие у него в его ситуации могут быть гарантии? Да и проблема была не только в этом.

Проблема была еще и в том, что Данила не хотел расставаться с флэшкой, не выяснив, что содержится на ней.

М-да, вот они, издержки журналистской профессии. Ты знал о них, когда выбирал себе профессию. Ты не боялся делать репортажи в горячих точках. В Грузии, на Донбассе, в Ираке. Тебя могли убить в любом из этих мест. Ты это прекрасно знал, но все равно ехал.

Ты не боялся ехать и сюда, в Турцию. Тебя не пугали ИГИЛ, не пугали террористы. Во всяком случае, не до такой степени, чтобы трусливо бежать отсюда. Разве твои репортажи не были политическими? Разве ты не делал их на заказ, выполняя волю своего редактора? У тебя много врагов, которые могли убить тебя за любой из этих репортажей. Однако же они не убили тебя? И ты не боялся. Так чего же ты теперь распустил нюни?

Да все очень просто.