Пляжные страсти

Конечно, я уже привыкла к придурковатым выходкам своего охранника, но падать на колени перед честнЫми зрителями – это уже слишком.

– Прости-прости-прости меня! – тем временем продолжал вопить этот непризнанный гений актерского мастерства. – Прости, и позволь преподнести тебе в дар это!

И он протянул мне… баночку сметаны.

– Придурок, – с отвращением вымолвила я. – Самый настоящий идиот! Кретин! Скотина беспамятная! Встань, козлина несчастная, не позорь наше славное заведение!

Тут я искоса глянула на толпу наших потенциальных покупателей – кажется, происходящее их забавляло.

Что ж, неплохо, может, почаще будут сюда подходить, покупать коктейли в надежде на еще какое-нибудь цирковое представление.

– Ты меня прощаешь? – высокопарно воскликнул Костик.

– Еще не знаю, – пробурчала я себе под нос, скорее для вида, нельзя ведь так быстро сдаваться, даже несмотря на это выступление!

– Я даже намажу сметаной твою бедную спинку… ну и все остальное, – добавил он после небольшой заминки.

– Со «всем остальным» я и сама прекрасно справлюсь, – проворчала я недовольно. – Ну, мажь давай, чего тормозишь?

Кожу пекло адски, даже несмотря на то, что сметана была холодной. Где уж этот клоун ее достал, я не представляла, но спрашивать посчитала ниже своего достоинства. Спустя пять минут вся моя задняя часть была щедро смазана молочным продуктом, и пахла я, полагаю, как буренка.

– Полегче стало? – заботливо поинтересовался бизнес-партнер.

Я только фыркнула на него, посоветовав заткнуться и не открывать свой рот ближайший месяц.

Однако через какое-то время сама же обратилась к нему за советом, потому что ни собственные размышления, ни почесывания в затылке не помогли решить назревшую дилемму.

– И что мне теперь делать? Ходить разноцветной или лечь теперь на спину и спереди тоже обгореть?

Костик благоразумно начал с лести.

– Знаешь, Каролиночка, твою необыкновенную красоту не сможет испортить даже неоднородный цвет кожи.

Это в какой-то мере даже придаст тебе определенный шарм, – начал он с пафосом, однако долго такой тон поддерживать не смог и прыснул со смеху. – Правда, сейчас, глядя на тебя, мне вспоминается только курица, подгоревшая с одной стороны.

Я прищурила глаза.

– Курица, значит? Ладно, паразит такой, я с тобой сейчас разберусь. – Тут я ойкнула, потому что, забывшись, попыталась ударить его кулаком в солнечное сплетение, но спина тут же отозвалась болью.