Зверь в отражении. Трилогия в одном томе

– Не стоит верить всему, что говорят, – улыбнулась она.

– Пусть так, тебя это все равно не касается, – он отвернулся к окну.

– Ты не похож на того, кому нужна власть. Они что-то пообещали тебе?

Валентин посмотрел на неё через плечо, но не проронил ни слова.

– Думаешь, магия, которую они пробудят, спасет ей жизнь? Они выбросят тебя за ненадобностью, когда вся грязная работа будет сделана. До людей им нет дела.

Невозмутимая маска сползла с лица Валентина.

– Говорят, что такую лгунью как ты, нужно ещё поискать, – голос его звучал глухо.

– Ты не думал о том, что у каждого из нас своя правда? И то, что мы принимаем за ложь, чаще всего оказывается правдой, которую мы отрицаем?

– Не заговаривай мне зубы!

– Я видела смерть множества людей. Эта магия никому не подарит жизнь, она будет лишь забирать, отравлять и губить все живое.

– Замолчи, если не хочешь получить стрелу в сердце.

– Вот и отрицание, – грустно улыбнулась она. – Скажи, жизнь твоей возлюбленной стоит жизней сотен тысяч других людей?

– Раз тебя это так волнует, то почему ты не позаботилась обо всем раньше? В твоей власти было всё остановить.

– Остановить что-либо невозможно. Мой удел наблюдать и направлять по менее разрушительному пути.

– Если это в любом случае произойдет, к чему весь наш разговор?

– Может мне скучно? – провидица лукаво прищурилась. – А может, я хочу помочь…

– В твоей помощи я не нуждаюсь.

– Не зарекайся, – насмешливо бросила Оракул, подошла к окну и встала рядом с инквизитором.

 – Иногда Судьба бросает кости так, что правильный путь сложно найти даже мне.

Её жизнь никогда не была легкой. Она лишилась всего в одночасье, попала в незнакомый мир, стала игрушкой в руках заклинателей. Но на все была воля Судьбы. Пусть её и использовали, за свои поступки она отвечала сама. Именно это сыграло главную роль. Самоотверженность привела её на дорогу длиною в вечность.

– 14 —

1331 год. Румыния. Валашское княжество.

Многоликая вошла в трактир, незамеченной поднялась наверх и без труда нашла нужную комнату.

Длинные юбки чёрного платья шуршали по полу. Ступая мягко, как кошка, провидица отворила дверь. Шум, доносившийся с улицы, совсем не мешал сну Гаррета. Он лежал на кровати, не удосужившись даже снять сапоги. Одна его рука была закинута за голову, а другая покоилась на груди. Со спинки деревянного стула свисала небрежно брошенная рубаха, а на полу валялась дорожная сумка. К стене был прислонен тяжелый двуручник в ножнах.