Круги на воде

– Ягишна, – голос Владана звучал умоляюще. – Прости, прости меня. Я не знаю, что это…

Он обхватил меня, сжимая чуть крепче, чем я могла бы вынести. Но я не собиралась жаловаться. Он выглядел страдающим, и мне это не нравилось. Протянув к нему руку, я постаралась пальцами разгладить морщинку между бровей. Кровь – это ничего. Для него не жалко и крови, и жизни.

– Со временем ты привыкнешь к жажде, – продолжил незнакомый голос.

Нехотя я оторвала взгляд от Владана и посмотрела в сторону говорившего.

Это был высокий стройный мужчина в длинной накидке, держащейся под подбородком очень хитрой застежкой, яркой и сверкающей. В тонких, но мужественных чертах лица незнакомца было что-то хитрое и насмешливое. Рядом с ним плакала Мара, а Кален стоял с окаменевшим лицом.

– Наконец-то мы встретились, дорогое создание, – обратился мужчина ко мне.

– Кто ты? – я постаралась говорить с угрозой, чтобы этот незнакомец понял: могу сражаться. С новоприобретенной силой я больше не буду жалкой и плачущей девочкой в грязи.

– Разве не ко мне ты взывала с просьбой о нем? – усмехнулся мужчина, указывая на Владана.

– Велес, – прошептала я, но падать ниц не спешила. Определенно, сейчас стоит поговорить о цене, а потом решить, благодарить или проклинать павшего бога.

– Да, милое дитя, – напевно произнес он, и эта манера говорить кого-то напомнила. – Ты – один из моих любимых замыслов. Мою племянницу Морену и ее прекрасного друга, которого я зову Царем Кащеем, ты уже знаешь, – он любезно указал на Мару и Калена.

 – Они были неоценимо полезны для моего плана, – и добавил, насмешливо глядя на парня: – А ты всё костенее и костенее. Ужель Богиня Смерти готовит хуже матушки?

Кален дернулся к Велесу, но Мара повисла на нем, рыдая, и закричала мне:

– Ягишна… прости нас! Прости! Я так сожалею!

– Ох, она всегда так легко привязывается к… людям, – насмешливо прошептал Велес мне, но он был не настолько хорошим актером, как думал.

В каждом его слове слышалась боль. – Тебе и правда не в чем винить наших голубков. Я их заставил. Морене было искренне жаль отнимать жизнь Варвары, а потом она рыдала как безумная, когда несчастный Кален-царь подзуживал толпу, опьяняя их жаждой расправы. Но такова их цена, что скажешь, – пожал плечами темный бог.

– Ты обманом добился нашей службы! – взвыла Мара. – Обманул меня и отца.