Ты – Моя Вера

Мучительной, неизлечимой болезнью, наркотической зависимостью, перерастающей в хроническую патологию, от которой не избавиться, не вылечиться, не скрыться. Она поражала все его существо, въедалась в кровь, словно смертоносный вирус, медленно разъедая и разрушая его. Заодно и женщину, которая была рядом с ним. Анне Монастырской не повезло. Она приглянулась Волкову.

Стасу бы очень хотелось… Отчаянно, неистово, хоть единожды ошибиться. Что может быть… а вдруг, действительно, в этот раз получится избежать непоправимой чудовищной трагедии?

Вернувшись домой, в ту ночь он так и не сомкнул глаз.

Ковырялся в документах Монастырского, еще раз все перепроверил. Захват предприятия осуществили как по нотам. Развели бедную девочку, пока она еще лежала в больнице и восстанавливалась от нервного срыва после гибели родных. Не погнушались даже укокошить больного ребенка, твари. Хотя, чего удивляться?! Ради денег и власти люди пойдут на все. А у Монастырского же было слишком много и того, и другого.

Волков злился на себя с такой силой, что хотелось самому себе врезать. И не просто ударить, а хорошенько избить, так чтобы кости хрустели и чтобы кровью харкать! Анна Монастырская, девочка, с которой отец пылинки сдувал, девочка, проучившаяся в закрытом частном пансионе, с идеальным образованием, исключительными манерами, чуть ли не католическим воспитанием! Чтобы прокормить себя, талантливая, музыкальная, возвышенная девочка пошла драить ТУАЛЕТЫ!

Нет, не избить, его убить мало! Утром Волков вышел из домашнего кабинета, где проторчал всю ночь и застал Армине в гостиной.

Рядом с ней стояли два ведра и швабра, а женщина подозрительно держалась за поясницу и охала. Заметив его, мама-джан тут же выпрямилась по струнке, резко опустила руку вниз и сделала непроницаемое лицо, словно она просто проходила мимо.

– Я сколько раз просил не мыть у меня дома пол?! – рявкнул Стас, лицо которого пошло красными пятнами от гнева. Он с силой сжал кулаки, готовый в любой момент накинуться на бедную женщину и проучить один раз.

 – Армине! У тебя мало помощниц в доме?!

– Сурен, а я виновата, что они криворукие и плохо моют? На кафеле разводы остаются. А я все сделаю как надо и…

– Так уволь их, твою мать, если они тебе не нравятся! – заорал Стас во все горло. – И найми других! Арминэ, ты заведуешь всем в моем доме, а не выполняешь грязную работу! Что непонятного?!

– Сурен…

– Слушай меня внимательно.