Зимний сон малинки

– Ну, не взяли, подумаешь! Жизнь на этом не закончилась! Ты сама говорила, что шанс устроиться мал. Поищем что-нибудь! С чего расстроилась-то, Малина? Что-то на тебя не похоже.

– Ты не представляешь, кого я там сегодня встретила.

– И кого?

– Димку Гордеева.

Феечка как раз сунула в рот конфету и собралась культурно запить ее кофе, когда, услышав новость, чуть не подавилась, потому что пришлось все быстро глотать. В школе Гордеев ей очень нравился.

– Да ты что?! – раззявила Наташка рот. – Где?! Он же за границу уехал!

– Значит, уже вернулся.

Встретила прямо в кабинете технического, на собеседовании. Сидел там важный, как жук.

– И что?

– И ничего. Представляешь, он меня не узнал.

Феечка расхохоталась, а я насупилась.

– Хорош ржать, Наташка. Я серьезно.

– Ой, не могу! Тебя-то?! – все еще не могла поверить подруга. – Не может быть, Малина! Ему что, память отшибло? Или жизнью контузило?

– Ничего ему не отшибло и все он прекрасно помнит. Но сказал, что видит первый раз.

И снова все-все рассказала. И даже про белоснежную манжету.

– Вот же га-а-ад! – проникнувшись, ахнула Наташка.

– Да козел, однозначно!

– Слушай, Машка, а каким он стал – Гордеев? Я же его со школы не видела. Ты помнишь, как он мне нравился? Я его даже на остановке караулила и в любви признавалась – классе в четвертом. Вот дура!

– Помню. А еще помню, что тебе нравились Логницкий, Юсупов и Деревянко. И всем им ты признавалась в любви.

– Не без того. Но по Гордееву я честно сохла дольше всех.

У него были такие офигенные губы, м-м…

– Ну… Он стал толстым, лысым и косым хряком.

Феечка так ахнула, что чуть кофе не расплескала. Выпучила глаза.

– Не может быть?? Димка-то?!

Я вздохнула и призналась:

– Я бы очень хотела, Наташка, чтобы он таким стал.

– А на самом деле?

А на самом деле…

– Я его особо не успела рассмотреть. Но скорее всего он спортом занимается. Плечи – во! – и показала размер наглядно.

– Офигеть!

– Ага.

– Он в школе плаваньем занимался и бегом, – кивнула подруга.

 – Я с ним в один бассейн ходила. Мы даже с вышки вместе ныряли. Только он рыбкой, а я бомбочкой.

– И волосы отрастил. Ты помнишь, у него всегда был ежик?

– Конечно.

– Так вот, теперь ежика нет.

– А что есть? – еще одна конфета исчезла за щекой Наташки.

– Шевелюра, как у молодого Бандераса. Ну, разве что немного короче.

– Да ну на!

– Ага. Я потому и удивилась, что Димка так изменился, и не сдержалась.