Три последних слова

Может быть, уже подступает вторая, и я слышу голоса? Этому должно быть логическое объяснение… – вслух перечислял я.

– Ты не болен, – снова услышал женский голос.

– Чёрт! – Я чуть не вырвал умывальник, вцепившись в него так, что пальцы стали одного цвета с ним. – Кто ты?!

– Девушка с портрета, – повторил голос.

– Где ты?! Покажись! – требовал я, прикрываясь истиной: пока не увижу – не поверю.

Я всё ещё стоял напротив умывальника в ванной комнате и смотрел на своё отражение в зеркале. За моей спиной появилась она.

Я задержал дыхание и медленно обернулся. Выдохнул и уставился на неё.

– Как? – Протянуть руку и коснуться её я не рискнул. – Что за шутки?!

– Откуда ты меня знаешь? – тем же спокойным голосом спросила она, проигнорировав мои вопросы.

Это была девушка с портрета. Она, только сейчас волосы у неё были цвета корицы. А вот взгляд тот же – с презрением. И та же ухмылка на губах. Та же родинка справа под губой. Молодая. Красивая, так бы я подумал, встретившись с ней при других обстоятельствах.

Девушка с портрета, на котором была чёрная лента.

– Я тебя не знаю! – прорычал ей в ответ. – Что за дикие шутки?!

– И многим незнакомым барышням ты носишь цветы на могилу? – язвительно продолжала допрос она.

– Я даже имени твоего не знаю! – продолжал стоять на своём я.

– Маргарита. Так меня звали при жизни.

– Так… ты умерла?

Всё же нужно было уточнить, чтобы убедиться в своём окончательном диагнозе: сошёл с ума, поехала крыша, спятил.

– Умерла, – подтвердила она. – А тебя как зовут?

– Михаил, – сглотнул я.

– Ответь мне, Миш-ш-ша, – прошипела она, – многим незнакомым девушкам ты носишь цветы на могилу?

У меня аж глаз задёргался.

– Мне снилась могила, – признался я, – не давала покоя. Я отыскал её. Цветы – это плата за то, что потревожил… тебя.

Она изучающе смотрела на меня:

– Интер-р-ресно…

– Это ты посылала мне сны?

– С чего бы мне посылать сны тому, кого я не знаю?!

– Когда играла с лампочкой и телевизором, тебя это не смущало!

Я почувствовал, как напряжённая атмосфера между нами пала.

Как будто это было не общение призрака и человека, а обычное знакомство совсем обычных мужчины и женщины.

– Ты бы видел своё лицо! – рассмеялась в ответ Маргарита. Когда она смеялась, на её щеках появлялись ямочки.

– А как иначе на такое реагировать? Я держался до последнего.

– Ладно, храбрец, – она резко прервала смех. Я напрягся. – Пойду узнавать обстоятельства нашего с тобой знакомства… при жизни.