Границы памяти

– Но мы это сделали! Надо только выйти к лифту, подняться на парковку, а там что-нибудь придумаем.

– Там камер больше чем машин. У тебя есть «исказитель матрицы»?

– Есть. Мой смартфон.

Беглецы выбрались на подземную парковку. Лиза нашла самую неприметную машину. Встав перед водительской дверью, она постаралась успокоиться и поднесла к замочной скважине открытую ладонь. Представила себе тёплый тёмно-оранжевый стержень, проходящий по её позвоночнику. Энергия разлилась по её позвонкам, по венам, артериям и капиллярам, чтобы, прямыми лучами, выйти из её ладони.

– Что ты хочешь сделать? Нет, нет, нет! Только не в твоём состоянии! Отойди, – он оттолкнул Лизу, достал телефон и запустил одно из приложений. Две секунды и щелчок. Довольный собой, Генрих убрал телефон в карман. – Такое не скачаешь в Апсторе. Падай на заднее.

Лизе хотелось только спать. Сон одолел её на заднем сиденье. По пути, Генрих то и дело смотрел на неё, опасаясь, как бы та не умерла в машине. Элизабет Стоунер – Лиза – женщина, которую он знал много лет – сейчас была на грани смерти.

Использовать Энергию после трёхдневного голода было самоубийством. Спасти могло только одно: обычная и всем доступная в двадцать первом веке человеческая еда. Но только не здесь. Там, куда не добраться агентам «Полярной Звезды». Он это понимал, и давил на педаль, нарушая скоростной режим. Генрих не боялся, что его остановят: «игнор» не давал дорожному патрулю даже обратить внимание на угнанную машину. Навигатор в телефоне позволял обогнуть пробки. И всё же, ни «игнор», ни «исказитель матрицы» не давали полной уверенности. Генрих не боялся других водителей и пешеходов – несмотря на «игнор», те видели машину, уступали ей, держали дистанцию, но забывали о ней, как только машина скрывалась из виду. Бояться стоило других агентов. Таких же, как он и Лиза посвящённых.

За час автомобиль добрался до пригорода и остановился у неприметного, на фоне остальных, серого двухэтажного дома, стоявшего особняком и обнесённого железной оградой.

Отнеся Лизу в дом, Генрих положил её на диван в прихожей.

На лестнице показалась молодая девушка в пушистом халате.

– Мистер Фогель?

– Привет, Беатрис. Приготовь что-нибудь поесть. У нас гостья.

– Хорошо, – надев мягкие тапки, она быстрым шагом спустилась на кухню. Беатрис понимала, что лучше не задавать лишних вопросов.

Скинув обувь, Генрих замер. Что-то было не так. И теперь он точно знал, что. Наклонившись, он посмотрел на свои ноги ещё раз.