Убить Нерона

По окончания третьего дня она поехала прокатиться по полупустому городу и отойти от всего «веселья»…

…и вдруг навстречу ему, на богатой колеснице из-за поворота выехала рыжая женщина. Он отошёл в сторону и пригляделся – Эпихарида! Последний раз они виделись почти десять лет назад, когда Нерон отдал Эпихариду ему в подарок. Не узнать её по рыжим волосам было не возможно. Он так долго и внимательно смотрел на неё, что она, поймав его взгляд, надменно отвернулась. Затем, будто что-то вспомнив, она резко остановилась и, повернувшись всем телом в его сторону, приложила руку к губам, вспоминая его имя.

Филоник подошел ближе…

…она ехала шагом с полузакрытыми глазами. Хорошо было медленно прокатиться одной по свежему утреннему пустынному городу. Внезапно она почувствовала на себе пристальный взгляд офицера, уставшего и с сильного похмелья. Боже! Какой же он заросший и неопрятный! То же мне, солдат! Подумала она с пренебрежением и отвернулась. Но что неуловимое мелькнуло в его лице, что-то очень далёкое.

Не может быть! Она остановилась. Это же… Это же! Она смотрела на него вспоминая имя.

– Филоник? Филоник! Жив!

Она звонко расхохоталась.

– …Эпихарида… жива…

Они обнялись…

…Когда жизнь потекла обычным руслом, Филоник часто проводил ночи у Эпихариды. Она отправляла свою служанку в дом Филоника и та сообщала центуриону, что сегодня ночью Эпихарида его ждет. После бурно проведенного времени, они рассказывали ночи напролет свои истории из жизни. Она, найдя в нём благодарного слушателя, поднявшегося также волею случая из низов общества, как и Эпихприда, свои истории, в основном, грустные и печальные.

Филоник, прошедший не один десяток битв, приняв в своё тело десяток стрел и копий, истории побед и поражений. Об их тайно проведённых ночах Юний не знал, пока сегодня неожиданно не приехал вместе с Пизоном и Сенекой, когда они ещё спали.

Центурион Филоник спал в объятиях Эпихариды. До рассвета ещё был целый час.

6

Резко пройдя в центр перистильи Пизон ударил кулаками об стол и прокричал:

– Я убью Императора! Я убью Нерона!

В пустом доме эхо разнеслось усилив крик многократно.

Привыкший к походной жизни центурион мгновенно спрыгнул на пол, накинул простынь на мощное тело и тихо вытащил острый гладиус из ножен.

– Кто это? – спросил он у Эпихариды.

– Пизон… – прошептала та, кутаясь в простыни в углу кровати.

– Сенатор? – спросил Филоник.

Эпихарида кивнула. Послышались разговоры, шум и шаги в спальню.