Хроники семи королевств: Кости и цветы. Том 4

По бежевым стенам с разноцветной мозаикой стекали багровые струйки, а в некогда восхитительных воротах зияла огромная дыра, усеявшая округу множеством щепок.

В самом дворце стояла мёртвая тишина. Всякий, кто рискнул обнажить оружие, разделил судьбу бедолаг снаружи. Всему виной незваная гостья, что явилась по душу султана с первой искрой зари.

«Сад Золотого Песка» тоже был осквернён трупами. Заглянувший в него рассвет застал лишь четыре бившихся сердца. Три – бешено стучавших. Одно – пугающе спокойное: как море перед штормом.

Хризальтера покачивалась на сотканных из теней качелях. Они держались на двух парах свисающих с дерева ног. Сверху, на толстой ветке, лицом друг к другу сидели две смуглые девушки. Плачущие и совершенно голые. Каждое движение снизу истирало промежности и бёдра о грубую кору – на плечи демонессы одна за другой падали алые капли.

– Молю, не истязай моих дочерей. Я дам тебе всё, что пожелаешь, – ползал в ногах у Хризальтеры перепуганный султан.

 – И пять тысяч несразимых воинов, и караван с драгоценностями, настолько длинный, что, проходя мимо, сможет услаждать твой взор часами.

– Всё? – разглядывала свои когти демонесса. – Тогда дай мне ответ на вопрос. Если здесь кому-то суждено умереть, кто это будет? – она возвела взор к сидевшим наверху девушкам. – Сделай выбор.

– Молю. Они первые и последние цветы на моей бесплодной почве…

– Выбор! – рявкнула Хризальтера, и по стенам внутреннего двора поползли тени.

 – Порадуй меня ценной душой, – её свирепый взгляд упал на взъерошенную седину. – Или погибнут обе.

Прижимая к груди пыльный тюрбан, султан поднял потное лицо – по седой бороде покатились мутные капли.

– Я… Это буду я… – его голос вобрал решимость. – Избранник небес, победивший сухую погибель сотней разбросанных по пустыне колодцев. Я отнял у смерти слишком много. Настало время заплатить. Не смотри на преклонные годы: чем белее голова правителя, тем больше костей хранят пески.

Я плёл ковёр Изобилия из казней и милосердия. Вот этими руками, – Каргиб обратил к демонессе морщинистые ладони. – Ты оборвёшь ценную жизнь. Жизнь вершителя судеб.

– Красивая речь… – прекратив покачиваться, холодно изрекла Хризальтера. – Однако, ввиду возможной полезности, твоя жизнь вне чаши весов. А я сегодня не в настроении. Мне нужна жертва. Жертва, которая поразит тебя в самое сердце и безвозвратно изувечит твою душу.